Онлайн книга «Жена палача»
|
Из окон нашего дома не было видно рябинового холма, но я могла разглядеть крышу дома палача, когда прогуливалась с тётей возле пруда у городской стены. Перед Рождеством мы с тётей все дни проводили в кухне – готовили ромовые пудинги, имбирные пряники и ванильные полумесяцы, жарили кровяную колбасу и пекли пшеничный праздничный хлеб – круглый, караваем, по-старинке. Меня радовали эти предпраздничные заботы, и все казалось сказочным, удивительно милым, и хотелось дарить радость всем. Поэтому после полуночной службы в Сочельник, когда мы с тетей вернулись домой под утро, и тетя легла отдыхать, я сложила в корзину рождественский пудинг с цукатами и изюмом, кружок кровяной колбасы, головку сливочного сыра, жареную курицу, фаршированную печенью, круглую пшеничную булку и кулек с печеньем и пряниками, и, никому ничего не сказав, отправилась за город. Можно было нанять сани и не идти до холма пешком, но я не хотела, чтобы кто-то знал, куда я отправилась. Я не сказала тёте, и не собиралась посвящать в свои намерения никого другого. К тому же, погода была чудесной – ясной, солнечной, снег похрустывал при каждом шаге, но было совсем не холодно. Я закуталась в платок и побрела по накатанной дороге. До рябинового холма я добралась за час и совсем не устала. Наоборот, мне казалось, что ноги несут меня сами. И даже узкая тропка, ведущая от основной дороги на вершину холма, не испугала меня. Было видно, что дорожку расчищали, но накануне валил снег, и я утопала в нем по щиколотку. Я устала, но сил прибавилось, когда я увидела дом палача. Мне пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы успокоить колотящееся сердце, и только потом я постучала в тяжелую дубовую дверь. А вдруг мастера Рейнара нет дома?.. Но я не успела испугаться этого, потому что дверь распахнулась, и сердце мое заколотилось еще быстрее, чем когда я поднималась на холм. На пороге стоял палач – в маске, в белой шелковой рубашке и стеганом бархатном жилете поверх. Он распахнул двери, взглянул на меня и медленно отступил, пропуская в дом. — Что-то случилось, форката Виоль? – спросил палач, и от одного его голоса по телу прокатились огненные волны. — Ничего не случилось, - сказала я, старательно стуча каблуками, чтобы сбить снег, и делала это гораздо дольше, чем требовалось, скрывая смущение. – Я пришла поздравить вас с Рождеством, мастер Рейнар. И принесла вам подарки, - я старалась говорить беззаботно и весело, и протянула ему корзину, но он не тропился брать ее. И зачем-то уточнил: — Вы пришли сюда одна, пешком, чтобы поздравить меня? — А что вас удивляет? – спросила я. – Праздник – он для всех. А я почему-то подумала, что вам вряд ли принесут сладкий пудинг сегодня. Он, наконец, взял корзину, и опустил голову – мне показалось, скрывал улыбку. — Да, вы правы, форката Виоль. Рождественским пудингом меня никто баловать не собирался. Пройдите к камину? Согрейтесь… прежде, чем отправитесь обратно. — Очень любезно с вашей стороны, - ответила я, развязывая платок. – Но если у вас нет гостей, я не отказалась бы и пообедать с вами. Возникла долгая пауза, и я успела передумать тысячу думушек за эти секунды. Он посчитал, что я слишком навязчива. Ему не нравится, что я пришла. У него гости, и я не вовремя. У него женщина, а я… |