Книга Моя драгоценная гнома, страница 41 – Ната Лакомка

Я решила сказать правду, чтобы он не подозревал меня в сговоре против его блистательной персоны:

— Видел тебя на балу у вдовствующей маркграфини.

— Да что ты! — притворно восхитился принц. — А вот я тебя там что-то не видел. Наверное, ты очень хорошо прятался. Только вот к чему гному проникать в замок эльфов и прятаться там? Сразу ясно, что ты задумал что-то недоброе. Сначала хотел украсть мой кошелек, потом забрался в замок — тоже воровать?

— Я говорю правду!

— А я не верю, — отчеканил он.

Мы сидели на склоне горы — потные, перепачканные пылью, растрепанные, и смотрели друг на друга, как враги. Что касается меня, я умирала от страха и отчаяния, хотя больше всего хотелось впечатать эльфу кулаком в нос. Только я понимала, что лучше мне от этого точно не станет.

— Заклятье и правда существует, — заговорила я, стараясь держаться спокойно, — и оно правда грозит мне смертью. Ты проявил доброту, спасая меня. У тебя доброе сердце, принц Дагобер. Поэтому я надеюсь, что ты проявишь свою доброту и сейчас.

— Какую доброту? — разозлился он. — Если бы я тебя бросил, тебя бы догнали полуночные призраки! И ты бы сразу разболтал, куда я бегу! Доброта!.. — он презрительно фыркнул. — Не возомни о себе слишком много, гном паршивый.

Полуночные Призраки!

От одного упоминания о них я испытала почти животный ужас и даже не обиделась на «паршивого гнома». Наемные убийцы, от которых никто не ускользает — вот кто гнался за принцем! Я невольно оглянулась. Об их сноровке и жестокости у нас рассказывали только шепотом, плотно заперев дверь. С них станется отпилить голову тупой пилой или распороть живот и придушить жертву собственными кишками. Или подвесить над костром вниз головой.

— Смотри-ка, побледнел, — сказал принц с издевкой. — Значит, ты не с ними, недомерок.

— Конечно не с ними! — я вскочила, сжимая кулаки. — И я не вор, что бы ты там себе ни придумал!

— Припоминаю перерезанный шнурок на моем кошельке, — произнес эльф ледяным тоном.

— Это не я!

— Любой вор так говорит.

— Я не вор!

Принц хмыкнул, показывая, насколько он верит моим словам.

— Я не вор, и правда привязан к тебе не своей волей, — начала я разговор заново, — иначе я бы не пошел за тобой сюда, в горы.

— А что такое?

— Всем известно, что здесь бродят беглые орки, — сказала я и со злорадством увидела, что теперь побледнел принц.

— Одно другого не легче, — выдохнул Дагобер, оглядываясь. — Тогда чего расселись? Идем, да побыстрее! Не хватало еще орков к полуночным призракам!

— Подожди! — я попыталась остановить его, хотя ноги послушно понесли вслед за принцем, который с удвоенной скоростью начал взбираться по склону. — Мы связаны заклинанием, нравится тебе это или нет, и если тебе не хочется быть виновным в моей смерти, то надо найти способ снять колдовство.

— У тебя есть предложение, как это сделать? — бросил Дагобер через плечо.

— Есть!

Он остановился нехотя, и подождал, пока я его догоню.

— Мы должны пойти к фее Сирени, она поможет, — сказала я, обрадовавшись, что он решил меня выслушать.

Но на принца мои слова произвели еще более жуткое впечатление, чем упоминание об орках.

— Чем дальше, тем страшнее, — пробормотал он, а потом сказал громко и раздельно: — Мы идем в столицу, я так решил. А про эту злобную колдунью больше слышать не хочу, заруби это на своем курносом носу.