Книга Моя драгоценная гнома, страница 20 – Ната Лакомка

— Он один бросился на всех! — повторяла Свиора, как молитву. — Такой смелый! Отец! Бегите за доктором! Эрм ранен, ему непременно надо в постель!

— Да какое — ранен, — ответила я, морщась и потирая бок. — Пнули пару раз. И на ногу могу наступать, значит, не сломали. Вот идиоты паршивые… — тут я замолчала, чтобы не упоминать лишний раз, из-за чего началась драка.

А у Свиоры блестели глаза, и язык молол без разбору.

Подобрав сверток с мясом, который я уронила во время драки, я попрощалась с мясником и его дочерью, и поковыляла домой. Свиора настояла, чтобы проводить меня хотя бы пару кварталов, потому что я наотрез отказалась, чтобы она провожала меня до дому. Мне хватило и того, что она нежно держала меня за локоток и каждому встречному рассказывала, как я одна уложила на лопатки Морни и его шайку.

— Слушай, иди? — попросила я ее, после того, как впереди замаячила таверна. Не хватало еще рассказать обо всем старичью, что толчется там. Тогда точно сплетням не будет конца еще месяц.

— Но как я могу тебя бросить?! — она чуть не заплакала, а я чуть не закатила глаза.

— Со мной все будет хорошо, — заверила я ее. — Просто не хочу, чтобы ты видела меня таким вот… грязным, помятым…

Это произвело на нее впечатление, и она все-таки оставила меня в покое и ушла, оглядываясь через каждый два шага, махая рукой и посылая воздушные поцелуи.

Кое-как доковыляв до дома, я вынуждена была еще объясняться с папашей. Он с маху сел на табуретку и долго и мрачно молчал.

— Да все хорошо, пап, — сказала я, закатывая штанину и рассматривая колено, которое стремительно багровело. — Перелома нет, а я Морни тоже по физии съездила. Правда пальцы немного расшибла, но резец я в руках удержу. Ты же знаешь, на мне все быстро заживает.

Отец подергал себя за бороду.

— Пап, — позвала я.

Но он даже не посмотрел в мою сторону и глухо сказал:

— Я оказался не лучше той проклятой феи, что испортила тебе жизнь.

— Пап! Ты что такое болтаешь? — возмутилась я. — И ты не портил, и она не портил.! Благодаря ей мы живем, как короли!

— Тебе замуж надо, а не камнями плеваться и драться с Морни.

— Совсем не хочу замуж, — я обняла отца и прижалась щекой к его щеке. — Совсем-совсем не хочу.

И я ничуть не лгала в этот момент. Но вряд ли папаша мне поверил.

— Мы должны уехать из этого города, Эрм. Поедем к моей родне, в Стольмвиллет. Люди там живут простые, можно найти хорошего, доброго гнома…

— Стольмвиллет — захолустье! А у нас только пошли хорошие заказы! Скоро о нас узнают в столице…

— Да к хвостам и рогам эту столицу, — сказал папаша упрямо. — Прежде всего, я должен позаботиться о тебе. Мне недолго осталось, тебе нужен муж, чтобы заботился.

— Пап, ну что ты такое говоришь? Ты еще сто лет проживешь! И зачем нам кто-то чужой? Нам так замечательно вместе, — я грустно вздохнула и прибегла к последнему средству: — Здесь ведь могила мамы…

Отец вдруг решительно рубанул ребром ладони воздух и сказал, как отрезал:

— Мама поймет и простит!

Если что-то втемяшилось папаше в башку — выбить это невозможно. Я смогла лишь уговорить его повременить с переездом до конца года — мол, налоги уплачены, лицензия продлена, не надо ломать то, что долго строили.

Я надеялась, что к концу года его решимость поутихнет, если появятся заказчики из столицы. Вот только нас пригласят в графский замок, и тогда!.. Но дни шли, а вдовствующая графиня и ее дочери не посылали за нами.