Книга Заложник страсти, страница 14 – Ната Лакомка

— Почти, - сказала я насмешливо. - И еще лучше владеют мечом, и еще лучше сидят в седле. Причем, в мужском.

— Да вы там все развратники, как я погляжу, если даже женщины норовят сесть верхом, - сказал он, чтобы услышала только я.

— А вы прячете свою развратность глубоко в сердце? - спросила я тоже тихо. - Как же вы, Капра, предпочитают любить своих женщин? Садитесь верхом или предпочитаете, чтобы взнуздывали вас?

Он прищурился, посмотрев на меня так, словно хотел убить взглядом, а потом вскинул лук, прицеливаясь.

Второй раз мы снова выстрелили одновременно, и снова - одинаково в цель, точно в «зрачок». Иллирийские лорды взволнованно зашумели, а что касается женщин - они смотрели на меня со священным ужасом, словно увидели демона в женском обличие. Впрочем, возможно, именно демоном они меня и считали.

Третий выстрел. И снова - равно.

Марко прищелкнул языком - и не понять, в досаде или восхищенно.

Что ж, пришло время изменить правила, если я намеревалась поставить этих козопасов на место.

— Пустая забава, - сказала я небрежно. - Что толку бить в мишень из соломы - так даже сердце не дрогнет, не то что рука.

— Предлагаете поменять мишень? - спросил Марко, склоняя к плечу голову. Черные кудри колыхнулись упругой волной, и я подумала - а каковы они на ощупь? Мягкие, как шелк его рубашки, или жесткие, как и полагается мужчине с характером?

Опасные мысли, сводящие с ума. От них не будет добра.

— Предлагаю поменять, - сказала я, выбирая очередную стрелу и покручивая ее между пальцев. - Если не побоитесь...

— Не встречалось еще мишени, которая испугала бы меня, - ответил он сухо.

— В самом деле? - спросила я вежливо, улыбаясь лишь уголками губ. - Тогда возьмите со стола вон то красное яблоко и поставьте себе на голову.

Вслед за моими словами в зале воцарилась гробовая тишина, а брови Марко поползли вверх:

— Вы собираетесь стрелять в меня? - спросил он.

— В яблоко, - поправила я его. - Что вы, разве я осмелюсь выстрелить в благородного иллирийского принца.

Как же мне хотелось, чтобы он выказал страх. Даже если не страх - то смятение, сомнение. Чтобы это умалило его мужественность в моих глазах, чтобы он показал истинную душу Капра - трусливую, мелочную.

— По-моему, эта мишень вас пугает? - сладко произнесла я, чтобы добить его презрением окончательно.

— Нет, не пугает, - ответил он медленно, не сводя с меня глаз. - Но и не кажется мне забавной...

— Если боитесь, то тут же прекратим соревнование, - сказала я, продолжая играть стрелой. - И чтобы проявить учтивость гостьи, я даже признаю себя побежденной. Не могу же я, в самом деле, позволить злым языкам болтать, будто иллирийский принц испугался.

— Ни вам, ни злым языкам я не доставлю такого удовольствия, - сказал он и пошел к мишени, захватив по пути яблоко со стола.

— Марко! - крикнул его брат, вскакивая. - Не глупи!

Но король жестом осадил старшего сына, и принц Батисто нехотя опустился в кресло.

— Может, послушаетесь старшего брата? - подначила я. - Разве казначей не должен подчиниться будущему королю?

— Капра подчиняется лишь самим себе, - ответил Марко, с хрустом откусывая от яблока, и поясняя: - Так оно будет лучше держаться на макушке.

Он встал спиной к мишени, положил надкушенный фрукт себе на голову, а потом бросил мне: