Книга Страсть дракона, страница 124 – Ната Лакомка

Но правда - она совсем другая. Мелхола не хотела его.

— Замечтался, старый развратник, - пробормотал герцог, отправляясь навестить мать.

Леди Фредегонда пожелала прогуляться на замковой стене на закате, и чтобы непременно

— в сопровождении сына. Провожая вечернюю зарю, Тевиш стоял рядом с креслом матери, которая, по-обыкновению, решила прочитать ему порцию нравоучений.

Он почти не слушал ее - пусть говорит, что считает нужным. Она выговаривала ему за Брюну, за Эллара и Логана, которым дядя стал ближе отца. Намекала, что Рихард занимает трон совсем не по праву, что недовольна, как Ундиса ведет хозяйство.

Тевиш кивал, время от времени говоря «да» или «нет», или «ты совершенно права».

— На каких небесах ты находишься? - резко спросила мать.

— Любуюсь закатом, только и всего, - ответил он

— Не надо обманывать старуху, - ворчливо сказала она. - Я ведь не слепая, вижу, что происходит. Зачем ты сопротивляешься страсти?

— Если Ундиса тебе жаловалась, то это не твое... - начал Тевиш, но мать перебила его.

— Причем тут Ундиса, глупый сын? Я говорю об этой девчонке, о Мелхоле. Скажи, что относишься к ней, как к дочери, и я расхохочусь тебе в лицо. А то не ясно, почему ты сначала валял Ундису, словно проклятый, а после возвращения из столицы и не смотришь в ее сторону. Ты хочешь девчонку. Тебя выдают взгляды. Взгляды не спрячешь ни от кого, Тевиш.

— Какая ты проницательная, - пробормотал герцог и добавил громко: - Смотри, облака красные. Завтра будет ветер.

— Не заговаривай меня, - рассердилась она. - Я - твоя мать. Я всё вижу. Ты умираешь по девчонке, но почему-то и подойти к ней боишься.

«Один раз подошел, - мысленно ответил Тевиш. - И очень близко. Но она не захотела этой близости».

Вслух он сказал совсем другое:

— Ты же слышала, она нагадала, что меня погубит, - он принужденно засмеялся, надеясь свести всё на шутку.

— Прежде, чем погубит, она тебя полюбит. Полюбит, как никто не любил, - говорит Фредегонда. - Не отрицай, что хочешь ее любви больше всего на свете. Не лги хоть своей матери, Тевиш.

Она замолчала, бросая на сына сердитые взгляды, но он не отвечал, глядя на алую полоску неба на горизонте и упрямо стиснув губы. Он заговорил, когда мать совсем отчаялась услышать его голос.

— Ты права, - произнес Тевиш с усилием. - Хочу. И помешался на этом. Тебе надо было услышать, что твой сын - помешан?

— Помешан, - фыркнула леди Фредегонда, и гримаса недовольства сползла с ее лица. - Ты влюблен, малыш мой.

— Какая разница? - герцог пожал плечами.

— Да уж есть разница, - проворчала мать и погладила его по плечу. - Вот, признался, и сразу стало легче.

— Не стало, - сказал Тевиш, и благодарно пожал леди Фредегонде руку.

На стене никого больше не было, но мать и сын обменялись коротким рукопожатием, даже не посмотрев друг на друга, и сразу разъединили руки, стесняясь проявлять чувства даже наедине.

Они помолчали немного, а потом герцог глухо признался:

— Легче не станет, хоть на весь мир об этом крикни. Но когда вижу ее... будто в моем саду была осень, и вдруг деревья брызнули зелеными листьями, все расцвело, и наступила весна.

— Что тебе мешает насладиться весной?

— Я насильник, по-твоему? Поверь, я способен сдерживать свою страсть.

— Твой отец был не такой, - сказала леди Фредегонда. - Совсем не такой.