Книга Страсть дракона, страница 103 – Ната Лакомка

Я запнулась о корень, высунувшийся из-под земли, и упала, но сразу же поднялась и помчалась по тропинке назад, не дожидаясь исхода битвы. Кто бы ни победил - мне это не сулило ничего хорошего.

Мужчины не бросились за мной в погоню - наверное, посчитали, что победитель без труда догонит меня.

Я бежала, куда несли ноги, и вдруг оказалась перед тем самым шатром с опущенным пологом, куда привела меня Брюна сначала. Она сказала, что это - шатер ее отца. И опущенный полог означает, что у герцога женщина. Он вряд ли обрадуется, если я помешаю. Но вряд ли кто-то кроме него поможет мне.

Остановившись перед шатром, я постаралась выровнять дыхание и прислушалась. Внутри было тихо. Может, герцог уже насытился праздничной любовью и спит? Я потянула полог, наткнувшись ладонью на веточку ландыша. Эти цветы принесла та, которая надеялась на ответную любовь.

Еще раз глубоко вздохнув, я подняла полог и пошла в шатер.

Внутри было светло - горел светильник, поставленный на низкий столик с каменной столешницей. Дощатый пол закрывали ковры, а посредине стояла широкая кровать, застланная пушистым козьим покрывалом. Покрывало наполовину сползло с постели, потому что герцог Тевиш Мастини не позаботился убрать его и лег прямо поверх.

Герцог был один, и он спал. Спал, вольготно разметавшись, лежа на животе, и не потрудился даже снять рубашку и штаны.

Не похоже, что он устал от бурной любви.

Почему же был опущен полог? И зачем тогда веточка ландышей?..

Но тем лучше. Я прислушалась к тому, что происходило снаружи - и тоже ничего не услышала. В буковой роще было тихо, только заливались соловьи. Странно, что я не слышала их до этого...

Я все еще стояла на пороге. Наверное, лучше всего сесть прямо здесь, чтобы не разбудить дракона.

Тихонько опустившись на ковры, я положила корону рядом и приготовилась просидеть без сна всю ночь, но уже через час начала клевать носом и замерзла, потому что по низу тянуло сырой лесной прохладой.

Дракон шумно вздохнул и перевернулся, и я затаилась, хотя если бы он поднял голову, то сразу меня заметил. Но он больше не шевелился, и я, стараясь не шуршать платьем, на четвереньках проползла к изножью постели и легла на ковры, прикрывшись краем козьего покрывала.

Стало тепло и даже уютно. Пахло ландышами, и пели соловьи. Я свернулась клубочком и уснула.

— О чем вы там шепчетесь? - спросил Тевиш, с трудом скрывая недовольство.

Несносный братец Рихард уже добрых пять минут что-то нашептывал на ухо Брюне, а та лишь хихикала и поблескивала глазами. Сразу ясно - что-то задумали. И вряд ли что-то хорошее.

— Можешь идти, - разрешил Рихард Брюне, улыбаясь, как улыбался бы волк ягненку, по -глупости решившему зайти к нему в гости. - Ты чего так переполошился, Тевиш? Будто в чём меня подозреваешь.

— Наверняка, не без оснований, - проворчал Тевиш, невольно провожая взглядом Брюну и Мелхолу.

— Какая красавица, - сказал Рихард ему на ухо, и Тевиш оттолкнул его, не ответив.

Но брат не унимался:

— Разве я не прав? - он разыграл великолепное удивление. - Да ты посмтри, тут у всех ум отшибло при виде ее.

Не было нужды называть имя. И так ясно, кто свел с ума всех мужчин при королевском дворе.

Герцог не утерпел и снова глянул ей вслед.

Мелхола.

Жемчуг был ему больше по душе, но в короне с топазами Мелхола была прекрасна, как фея. И она держалась с таким скромным достоинством, словно не осознавала силу своей красоты. Только как можно было не заметить восхищение мужчин, откровенное вожделение?..