Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 96 – Ната Лакомка

— Спятил, – закончил его фразу Рихард. – И меня это совсем не радует, можешь мне поверить.

— Так… – Тюнвиль сел на ковры прямо там, где стоял. – Может, объяснишь, что происходит?

Рихард мрачно промолчал, а потом так же мрачно усмехнулся. Поняв, что вменяемого ответа не дождётся, Тюнвиль осторожно спросил:

— Мне послышалось, ты сказал, что поцеловал принца?..

— Угу, – отозвался Рихард.

— Зачем? – оторопело спросил его брат, теряя обычную невозмутимость.

— Захотелось, – последовало в ответ.

— Что значит – захотелось?! – Тюнвиль начал заметно злиться. – Тут народу было – полный шатёр! Ты понимаешь, что теперь будут говорить про него? И про тебя!

— Да не переживай, – отмахнулся Рихард, нервно дёргая углом рта. – Я всё равно промахнулся.

— Промахнулся?..

— Чертёнок вертлявый, как болотная змея, – рыкнул король и пнул блюдо, валявшееся рядом. – Я поцеловал его в шею, хотя метился в губы.

Если бы сейчас в шатёр ударила небесная молния, Тюнвиль был бы потрясён меньше. Он смотрел на брата, пытаясь сообразить, как ответить на такое признание, а потом с облегчением выдохнул:

— Ты пьян! Всё понятно, ты просто напился. Надо меньше пить, чтобы ум за разум не заходил. Это вино и в самом деле слишком крепкое. Ты хлебнул лишнего, вот тебя и понесло. Мальчишка похож на девицу, вот тебе и показалось с пьяных глаз…

— Не показалось, – развеял его радость Рихард. – Я сразу, как его увидел, подумал – если сестра на него похожа, то всё – это судьба. И как сглазил.

— Ты свихнулся, – сказал Тюнвиль. – Или напился. Или то и другое вместе.

— Думаешь, меня это радует? – огрызнулся король. – Не много радости, когда стоит на языкастого сопляка!

— Ах ты ж… – Тюнвиль начал и не договорил, вытерев мгновенно вспотевший лоб.

— Сначала думал – это из-за злости, что он меня бесит, – продолжал Рихард сквозь зубы. – А потом… понял, что не от злости. Когда мы подрались из-за принцессы, и я на него упал… Но тогда решил – это так, от ярости. Потому что взбесил. Но он горячий, как печка, Тюн… И бешеный… И там, на рыбалке, сначала я его за руку взял, а потом губами… Я даже ту голую девчонку из моря так не хотел. И здесь, сегодня… словно мозги вышибло.

— Ни слова больше! – предостерёг его Тюнвиль и убеждённо добавил: – Это… это новое проклятие небес. Или какие-то древние чары. Да, чары! Да ты сам говорил, что-то не так с этим городом. Нам надо уехать. Точно, Рихард. Надо уехать. И всё снова станет на свои места.

— Уехать? – рявкнул Рихард, сверкнув глазами. – Теперь я точно никуда не уеду! Сестра этого гадёныша будет моей. И когда она попадётся мне в руки, я её наизнанку выверну. В отместку за то, что её братец такая смазливая дрянь!

Вслед за этим последовала долгая и тяжёлая пауза, а потом Тюнвиль покачал головой:

— Впервые слышу от тебя такое, – сказал он.

— А со мной впервые такое! – заорал Рихард, уже не сдерживаясь, но потом опомнился и заговорил тише. – Никуда мы не поедем, Тюн. Я получу эту принцессу. Потому что иначе я или прибью этого принца Альбиокко или… – он замолчал, взял кувшин с вином и осушил его в три глотка.

— Чары, не иначе… – прошептал Тюнвиль, и громко добавил: – Я напишу Тевишу.

— Только попробуй, – Рихард встряхнул лохматой головой и ткнул в него указательным пальцем. – Только расскажи кому-нибудь об этом, Тюн. Я тебя твоим же собственным хвостом задушу.