Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 260 – Ната Лакомка

Он схватил меня за талию, притискивая к себе, и произнёс, грозно хмуря брови:

— Знаешь, что бывает с теми, кто осмеливается смеяться над королём?

— Не знаю, – беспечно ответила я. – Но ты, наверное, расскажешь?

Рассказывать он начал прямо здесь, на берегу, под нависшим утёсом. И спустя полчаса, когда мы уже оба лежали голышом, пытаясь восстановить дыхание и переплетая пальцы, над нашими головами раздались женские голоса и шуршание шёлка.

Рихард сделал мне знак молчать, и мы затаились.

— Было море, яркое солнце, и ребёнок резвился в волнах, – я узнала голос Мелхолы, и как наяву увидела её бледное, одухотворённое лицо. – И ещё там были его родители. Отец был похож на короля Рихарда, а мать – на принцессу Аранчию. Но они оба были людьми.

— Он сказал, что увидел зелёный луч, – засмеялась Маргарита ди Амато. – Настоящий зелёный луч…

Голоса стали удаляться, сделались тише, а мы с Рихардом посмотрели друг на друга.

— Говорят, что надежда тоже зелёного цвета, – он притянул меня к себе и крепко поцеловал.

— Что случилось? – Рихард выбежал из замка, расталкивая слуг, которые толпились на пороге, боясь выйти во внутренний двор. – Ты что кричишь на всё королевство?

— Где он?! – заорала я во всю силу лёгких, метаясь то вправо, то влево. – Где этот паршивец? Я с него шкуру спущу! Три шкуры!

Мой муж как-то странно повёл глазами, кашлянул в кулак, а потом встал у меня на пути.

— Может, расскажешь, что произошло? – с участием спросил он, но меня не обманул, потому что я видела, как хитро горят его глаза.

— Может, и расскажу! – я не потрудилась понизить голос и сунула под нос Рихарду указательный палец. – Это видел?

— Тебя собака, что ли, укусила? – поинтересовался муж.

— Собака?! – рассвирепела я окончательно. – Не строй тут из себя невинную овечку, пожалуйста! Это твой сынок меня тяпнул! Чуть палец не откусил! Я ему хвост оторву, так и знай!

— Ну-у… – проблеял Рихард, – Ричи такой же твой сын, как и мой, поэтому его хвост в твоём полном распоряжении. Воля матери священна, – тут он расхохотался и поспешно отступил, потому что я попыталась ударить его кулаком в нос.

Несколько минут я гонялась за мужем вокруг двора и только после пятого круга остановилась, заметив, с каким ужасом и изумлением глазеют на нас слуги изо всех окон.

Ещё бы. Не так часто королева гоняет короля, словно нашкодившего мальчишку.

Рихард тоже остановился, пригляделся ко мне, определяя – успокоилась я или нет, а потом подошёл. Держась, всё же, на безопасном расстоянии.

— Что смеёшься?! – напустилась я на него, вытаскивая платок и заматывая прокушенный до крови палец. – Рад, что наш сын будет таким же бессердечным болваном, каким был ты?

Но злость уже схлынула, и я, ругаясь сквозь зубы, попыталась завязать узелок.

— Давай, помогу, – Рихард помог перебинтовать палец, затянул узелок, а потом обнял меня и поцеловал в висок. – Просто нашему сыну захотелось прогуляться, – прошептал муж мне на ухо. – Не надо быть с ним такой строгой.

— Вообще-то, у него занятия по грамматике, – не поддалась я на сладкое мурлыканье и поцелуи. – Перепишет Послание к коринфянам сто раз – и свободен.

— Сто раз! Да ведь рука отвалится! – Рихард вытаращил на меня глаза.

— Очень фальшиво, – поругала я его. – Раньше ты врал лучше. Только не беспокойся. Ни у кого ещё руки от пера и чернил не отвалились. Или хочешь, чтобы твой сын подписывался крестиком?