Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 13 – Ната Лакомка

Хильдерика стала сама не своя, долго тосковала, а потом заболела любовной лихорадкой. Её отец привез мне второе письмо, в котором она просила навестить её хотя бы раз перед смертью. Сначала я отказывалась, но король Меридо встал передо мной на колени, и пришлось поехать. Я собиралась наговорить кучу колкостей, чтобы у глупой девицы, свихнувшейся от любви, разум встал на место, но увидела её – и не смогла не пожалеть.

Для Хильдики это и правда была роковая любовь, и она правда собиралась умирать.

Тогда я раскрыла ей свой секрет, что я – такая же женщина, как она. Заложница обстоятельств, вынужденная жить чужой жизнью ради чести рода и сохранения мира. Я думала, что Хильдерика забудет о любви к несуществующему принцу. Но получилось иначе. Хильдика пришла в ужас, узнав, к каким ухищрениям мне приходится прибегать, чтобы скрывать свой пол, и решила помочь. Она согласилась стать женой принца, чтобы отвести от меня подозрения. Добровольно согласилась на одинокую жизнь, на постоянную ложь, чтобы я не была одна.

С тех пор мы подружились, и Хильдика разделила со мной груз моей тайны. Мне стало гораздо легче, но вряд ли легче стало моей подруге. Я знала, что рано или поздно, она влюбится в настоящего мужчину. И наш с ней союз станет для неё не дружеской поддержкой, а страданием.

С такими тяжелыми мыслями я проспала час сиесты, и проснулась, когда Хильдика загремела кувшином для умывания.

— И всё же подумай, что делать с принцессой Аранчией, – снова начала она тот же разговор. – Ты неправильно поступаешь, торгуя принцессой, как скаковой лошадью. Недовольство лордов будет расти, и однажды ты не справишься с ними так легко, как сегодня.

— Ой, – лениво сказала я, надевая камзол поверх рубашки и затягиваясь алым кушаком.

— Вот тебе и «ой», – передразнила Хильдика. – Женихи не ослы, которых дразнят морковкой.

— Они – именно ослы, – ответила я презрительно. – А принцесса Аранчия – львица. Невозможно львице стать женой осла.

— Тогда пусть найдет себе льва! – воскликнула моя подруга.

Разговор начал меня утомлять. И если час назад я испытывала угрызения совести по поводу неустроенной судьбы Хильдики, то сейчас подруга раздражала.

— Назови мне хоть одного, – произнесла я, призывая на помощь всю свою выдержку, чтобы не ответить грубо. – Льва среди мужчин.

Хильдика замолчала, усиленно морща лоб, я подождала немного и пришла ей на помощь:

— Навскидку вспомню только принца Альбиокко, – сказала я, надевая алый берет. – Ну, или короля Рихарда. Хотя, он не лев. Он сродни драконам, кажется? – я засмеялась, но Хильдика не разделила моего веселья.

Она суеверно дунула через левое плечо, а потом снова принялась упрекать меня:

— Как можно так бросаться словами, Анча? Накликаешь зло!

— Какая суеверная, – поругала я её. – Надо больше доверять небесам. Не волнуйся, все знают, что король драконов обосновался на севере, и только тем и занят, что женится и разводится, хвостатый развратник. Ему до нас нет никакого дела, как и нам до него.

— Но твой отец – вассал короля Рихарда.

— Но тоже король, – небрежно отмахнулась я. – К тому же, король по праву рождения, а не по праву военного переворота. Так что по статусу я выше этих Палладио, как бы они ни задирали носы. Или хвосты.

— Человек решил сравниться с драконом, – покачала головой Хильдика.