Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 198 – Ната Лакомка

— Простите, ваше величество, – Милисент в отчаянье заломила руки, губы ее задрожали. – Я не решаюсь повторить вам те ужасы, что услышала сейчас от леди Бланш! Она грозит мне смертью, говорит, что закончит то, что не довел до конца её любовник – сэр Оуэн.

Королева схватилась за сердце, дамы из ее свиты испуганно заахали, а я вскочила, горя праведным гневом от такой чудовищной лжи:

— Это всё неправда!

— Сядьте, леди Бланш! – приказала королева. – Вас я уже выслушала. Теперь хочу, чтобы все послушали мою крестницу.

Я медленно опустилась на лавку, стараясь успокоиться.

Сейчас гнев сыграет против меня, и чем больше я буду возмущаться и кричать, тем более убедительной будет печаль и кротость Милисент.

Мне стоило огромных трудов выдержать ее рассказ – лживый от первого, до последнего слова. Если послушать ее, то выходило, что я со своим любовником – Реджи, замыслила получить все богатства Конморов. С этой целью воспользовалась тем, что граф искал жену на год, и затем попыталась убить его, а когда бесстрашная леди Милисент застала меня за уничтожением бракоразводного документа, пригрозила ей смертью, а потом и вовсе попыталась лишить её жизни.

— Небеса хранили меня, – закончила свой рассказ Милисент, – я зацепилась юбками за дерево и только поэтому не разбилась. Меня нашли егеря и сообщили о моей печальной участи вашему величеству, – она поклонилась королеве, и ее глаза, преисполненные признательности, наполнились слезами. – Мой отец всегда был преданным вассалом короны, неужели я могу быть настолько неблагодарной дочерью, чтобы осмелиться лгать вашим величествам?

— Все это ложь на лжи… – начал граф, но королева приказала ему замолчать и вперила взгляд в меня.

— Теперь отвечайте вы, – потребовала она. – Какие отношения связывали вас с сэром Оуэном?

— Мы всего лишь жили по соседству в детстве, – торопливо принялась объяснять я. – Я не видела его много лет, пока не встретила на балу у милорда де Конмора, и нас связывали… связывали только приятельские чувства, до тех пор, пока он не открыл свою ядовитую сущность!

— Она говорит неправду, – кротко промолвила Милисент. – Как раз в тот день, когда меня пытались убить, я застала леди Бланш и сэра Оуэна в спальне, они предавались прелюбодейству. Потешаясь над милордом графом, который как раз был в отъезде. Они называли его рогоносцем, у которого рога такие ветвистые, что для них и сам замок Конмор покажется тесным, как лачуга дровосека.

— Подло врёшь, змея! – крикнул Ален, бросаясь вперед, но королевские гвардейцы удержали его.

— Нет, милый, я говорю правду, – сказала Милисент, глядя на него с жалостью. – И еще они говорили, что отправят милорду отравленные конфеты, которые леди Бланш обещала изготовить самолично. Она сказала, что у милорда будет самая вкусная смерть на всем белом свете.

Слыша это, я потеряла дар речи от такого бесстыдства и закрыла пылающее лицо ладонями.

— Посмотрите! Ей стыдно! – крикнула Милисент звенящим голосом.

По залу прошел приглушенный ропот, а я испуганно опустила руки и замотала головой:

— Нет! Нет! Все не так! Сэр Оуэн просил меня стать его женой, просил дважды, но я отказала! Поверьте мне, ваше величество, я не смогла бы поступить так грешно и подло!

— Пустите! – граф оттолкнул гвардейцев и повернулся к королеве. – Ваше величество, – сказал он страстно. – Я готов поклясться чем угодно, готов пройти любое испытание, чтобы доказать, что моя жена – самая чистая и добродетельная женщина на свете. Кроме меня её не касался ни один мужчина, и выслушивать подобное от развратницы – вашей крестницы, для неё мучительно. Я никогда не женюсь на леди Милисент, даже если мне будут грозить казнью, а если заставите расстаться с Бланш… это будет хуже смерти.