Книга Господин метелей, страница 93 – Ната Лакомка

Я со стоном уткнулась лицом в подушку — мне-то какое дело, куда он там отправился? Меньше встреч с колдунами — меньше проблем. Жизненное наблюдение Бефаны Антонелли. Поворочавшись с полчаса, я уснула, но и во сне Близар не оставил меня в покое. Мне снилось, что он вошел в мою комнату и смотрит на меня, склонившись над постелью, а потом протягивает руку и осторожно касается ладонью моей щеки. Это прикосновение обожгло меня холодом, как будто я прижалась к металлическому листу на морозе. Сон слетел мгновенно, и я села в постели, потирая щеку. Приснится же такая ерунда… Судя по темноте за окном, была еще глубокая ночь. Я вздохнула, зевнула и потянулась, и тут в дверь осторожно постучали, а голос Близара позвал:

— Антонелли, проснись.

Я испуганно юркнула под одеяло, натянув его до подбородка. Нет, ни за что не открою! С чего бы это ему вздумалось стучаться ко мне в такое время?!

Но стук становился все громче, и колдун снова позвал:

— Ты уже не спишь, почему не открываешь? Одевайся и выходи, или сейчас отправлю за тобой Сияваршана.

Я спустила с кровати ноги, двигаясь, как во сне. «Одевайся» — это уже вселяло надежду. Одеваться для чего?

— Шубу не забудь, — сказал Близар в дверную щель, и я подпрыгнула от неожиданности. — Жду тебя внизу.

Спустившись, я сразу увидела Близара — он стоял против распахнутых дверей замка, и на фоне снега его фигура казалась статуей, высеченной из черного камня. Но статуя пошевелилась и поманила меня подойти.

— Что происходит? — спросила я, робея.

Слишком уж торжественным был вид у колдуна — ни дать, ни взять, собрался на войну, один против десяти тысяч.

Я увидела, что сани запряжены, и что Сияваршан и Велюто оборотились конями и нетерпеливо бьют копытами, готовясь везти нас. Над ними парили Аустерия и старик Нордвилль. Он хитровато посматривал в мою сторону, сдвигая очки на кончик носа.

— Поехали, — Близар подтолкнул меня к саням. — Надо успеть до утра.

— Куда мы? — не утерпела я, усаживаясь на скамью и укрываясь медвежьей шкурой.

— Увидишь, — Близар подхватил вожжи и присвистнул, и кони взяли круто вверх, а Аустерия и Нордевилль превратились в снежные вихри и закружились вокруг саней.

Черная громада замка осталась позади, а впереди заблестели огни столицы.

Я думала, мы облетим город, но сани пошли вниз, и скоро мы катили по улицам Эшвега. В городе было непривычно тихо и темно — не то что не было прохожих на улицах, но даже окна домов были плотно закрыты, и фонари не горели. Нигде ни звука, ни огонечка. Я заерзала на сидении, оглядываясь по сторонам. Мне стало жутко, но Близар, как ни в чем не бывало, правил призраками, направляя их бег к центральной площади.

— Что случилось? Где все? Почему город пустой? — требуя ответа, я вцепилась в руку колдуна, и он, наконец-то, соизволил хоть что-то пояснить.

— Я велел, чтобы сегодня все сидели по домам, — сказал он, усмехаясь. — Ведь добрые дела надо вершить в темноте и тайком. Так, Антонелли?

Сказано это было таким тоном, словно под добрыми делами он понимал пытки и жестокие умерщвления. Добрые дела? И что же это в понимании колдуна Близара? Я укрылась медвежьей шкурой до подбородка и притихла, не зная, чего ожидать.

Сани сделали еще один поворот, и мы оказались на площади.

Близар натянул поводья, заставляя призрачных коней остановиться, а потом выпрыгнул из саней и скинул шубу, перебросив ее мне.