Книга Господин метелей, страница 144 – Ната Лакомка

Жена священника, которая убирала алтарь еловыми ветками к завтрашней службе, охотно разговаривала со мной. Узнав, что сын спустя столько лет нашел свою мать, она расстрогалась до слез. От нее я узнала незамысловатую и печальную историю Маргарет Виллоу-Ивушки.

— Красивая была девушка, — говорила жена священника нараспев, — милая, тихая. Ее отец заболел, денег на лечение не было, и вдруг Маргарет исчезает и возвращается с серебром. Она принесла много серебра, но какие-то несчастливые это были деньги. Отец все равно умер, а через четыре месяца всем стало понятно, откуда серебро. Она никому не говорила, от кого ребенок, умерла, бедная, на третий день после родов, а за мальчиком приехал отец — богатый человек, сразу видно. Но я никогда ее не осуждала — хоть и заблудшая душа, она была доброй. Могила ее чистенькая, ухоженная, сами, поди, видели, — и добавила, улыбнувшись: — Но как хорошо, что чудо Сочельника свершилось, и сын вернулся спустя столько лет.

— Да, вы правы, — согласилась я, думая о своем. — Это настоящее чудо.

Близар вернулся, только когда спустились сумерки. Он сразу же высыпал горсть серебра, сказав, что закажет в столице памятник. Священник и его супруга заверили его, что позаботятся обо всем в лучшем виде. Колдун кивнул и пошел вон, даже не поклонившись на алтарь. Я догнала Близара уже на улице и пошла рядом:

— Значит, вам тридцать три года? — спросила я. — Мне казалось, вы гораздо старше.

— Выгляжу, как старик? — спросил он странным голосом — как будто каждое слово давалось ему с трудом. — Еще и седой.

— Юношей вас, конечно, не назовешь, но не поэтому… — я готова была пуститься в пространные объяснения насчет его серьезности и глубины взгляда, но Близар схватил меня в охапку и прижал к себе, спрятав лицо на моем плече.

Шапка свалилась, но я боялась пошевелиться, чтобы не разрушить то, что сейчас связало его — колдуна — и меня. Что-то совсем не волшебное, а очень настоящее… Что-то крепкое, но в то же время страшно хрупкое — как ледяная нить… Нет, не ледяная. Наоборот — горячая, обжигающая…

Я медленно подняла руку и погладила колдуна по голове — несмело, потому что не знала, как он отнесется к этому. Может, опять фыркнет, чтобы Антонелли не лезла не в свое дело. Но Близар только вздохнул и прижал меня еще крепче. Мы стояли посреди улицы, и редкие прохожие посматривали на нас с любопытством и неодобрением, но для меня эти взгляды ничего не значили — они просто обтекали нас, как поземка, а Близар их и вовсе не замечал.

Наконец, он оторвался от меня и сказал:

— Я позвал Сияваршана и Велюто… Не смогу доехать до замка…

До столицы мы добрались уже к ночи, и Сияваршан орал на колдуна всю дорогу. Правда, Близар не мог это слышать — он едва дошел до мельницы и свалился там. Хорошо, что в сани, иначе я бы его не дотащила.

Я перепугалась его словам до полусмерти, решив, что он уже распрощался с жизнью, но оказалось, что он имел в виду только то, что не сможет править санями, поэтому и вызвал снежных духов.

Аустерия отправилась возвращать наемную лошадь, а Сияваршан и Велюто бодро покатили прямиком к замку.

Вскоре Близар лежал в постели, и я хлопотала, укутывая его потеплее, растирая ему заледеневшие руки, и растапливая жаровни, чтобы нагреть воздух в комнате.