Книга Господин метелей, страница 102 – Ната Лакомка

Я повернулась на каблуках, потому что захотелось вернуться на почту и забрать письмо, предназначавшееся Роланду. Но вдруг он не знал? Ведь нельзя судить о людях, не узнав причин их поведения… Близар плохо подумал о семье Эльзы, его не волновал позор девушки, а ведь… Невидящим взглядом я уставилась в стену дома: а ведь Эльза была готова к позору, она пришла к колдуну, чтобы продать себя за серебро…

К саням я возвращалась, как в тумане. Я села на скамью, и Близар, ни о чем не спрашивая, свистнул коням.

— Куда мы едем? — спросила я, заметив, что сани едут вовсе не к городским воротам.

— Увидишь, — коротко ответил колдун, и мне оставалось только гадать, что он задумал.

Мы проехали еще несколько улочек и, сворачивая опять к площади, Близар спросил:

— Что написала отцу?

— Что со мной все хорошо, — ответила я ровно, — и что вы взяли меня в ученицы.

— Врешь, — сказал он, будто бы даже с удовольствием.

— Конечно, вру, — огрызнулась я. — Но что мне надо было написать? Мой отец болен, я боюсь волновать его. А вы так и не сказали, зачем удерживаете меня.

Близар взглянул искоса, и от моего видимого спокойствия не осталось и следа:

— Что вы так смотрите? — сказала я требовательно. — Вы сами-то хоть знаете, зачем я здесь?

Я ожидала, что он опять ответит «не твое дело, Антонелли», но колдун промолчал и остановил коней возле лавки сладостей. Перебросив мне вожжи, он выскочил из саней, легко взбежал по ступеням и скрылся в лавке. Я сидела, как на иголках, и старалась не замечать лукавых взглядов Сияваршана, но когда через четверть часа открылась дверь, и появился Близар, я потеряла дар речи. Колдун нес огромную корзину без ручек, доверху наполненную коробочками, свертками, мешочками, от которых пахло ванилью и корицей, и медом, и жженым сахаром с анисом.

— Ч-то это? — изумилась я.

— Сладости, — Близар поставил корзину у моих ног. — Для тебя. Подарок. Думаю, Эрна наговорила тебе много чего, и от этого тебе горько. Надо подсластить горечь.

— И куда мне столько? — спросила я, разглядывая корзину, которая могла бы утолить голод среднего великана.

Близар сделал неопределенный жест рукой: мол, мое дело подарить.

Это разозлило меня. Подсластить горечь! Как будто пастила и зефирки залечат обиду.

— Значит, все это мне, — сказала я, и колдун немедленно кивнул. — Могу делать с этим все, что захочу.

— Это подарок, — счел он нужным напомнить.

Я достала пакетик наугад и развязала ленточку. Там был засахаренный миндаль. Запахло ванилью, я не удержалась и сунула одно золотистое ядрышко в рот. Удивительно вкусно!

— Раздайте сладости детям на площади, — сказала я, положив пакетик обратно в корзину.

— Раздать? — удивился Близар, брови его полезли на лоб. — Разве тебе не понравилось?

Сияваршан хохотнул, но мы даже не посмотрели на него.

— Хотите произвести впечатление? — сказала я сухо. — Тогда будьте волшебником зимы до конца. К чему давиться сладостями, пока они не станут противны, когда можно накормить полгорода?

Близар некоторое время смотрел на меня, словно пытаясь определить — издеваюсь я над ним или говорю искренне.

— Хорошо, — сказал он, в конце концов, и свистнул.

Кони дружно помчались по улице, и скоро мы оказались на площади. С некоторой тревогой я огляделась, отыскивая взглядом Оливера, но виконта уже не было возле ледяного городка, и я почувствовала себя свободнее. А вот Близар, напротив, вел себя без обычного высокомерия. Он потер руки, и я вдруг поняла, что ему страшно. Страшно? Он боится сделать доброе дело при свете солнца?