Книга Маленькая хозяйка большой кухни-3, страница 16 – Ната Лакомка

— И короля спасли…

— Да, Эдвард выжил. После этого он очень переменился ко мне. И я, признаться, переменился к нему. Несмотря ни на что, он был смелым человеком. Не каждый решится, чтобы в его вены залили кровь пр<em>о</em>клятого.

— Когда захочешь жить, и не на такое решишься, - заметила я и вылила на сковородку яично-молочную смесь. – А как отнеслась к этому королева?

— Была благодарна, - сказал герцог. – Эдвард был единственным наследником престола, и тогда ещё не был женат.

— Вы спасли королевскую династию, - омлет начал схватываться, и я осторожно двигала его деревянной ложкой, чтобы он пропёкся со всех сторон. – А могли бы и не спасать. И тогда остались бы единственным наследником.

— Незаконнорожденным, - напомнил де Морвиль. – А вы говорите, как моя тётушка.

— Только не сравнивайте меня с леди д`Абето, - быстро сказала я, не зная – воспринимать это как комплимент или как наоборот.

— Но вы сами, Сесилия, - произнёс герцог, - смогли бы смотреть, как умирает самый родной вам человек? Даже если бы вам предложили трон за его смерть?

— Нет, не смогла бы, - сказала я после некоторого молчания. – И за это я уважаю вас, Ричард де Морвиль. Уважаю до безобразия. И между прочим, переживаю рядом с вами чувство собственной моральной неполноценности. Вы такой идеальный, что становится не по себе.

Вот тут он улыбнулся, и улыбка была искренней, совсем не натянутой и без принудительной вежливости.

— Какое совпадение, - сказал он почти весело. – Потому что находясь рядом с вами я испытываю те же самые чувства.

— Вот и хорошо, что у нас такое единение душ и мыслей, - подытожила я, хотя ничего хорошего сейчас, конечно, не происходило. – Омлет готов, я завариваю чай и буду вас кормить.

— Будете меня кормить? – переспросил герцог.

— Да, с ложечки, - подтвердила я, перекладывая омлет на блюдо и накрывая его серебряной крышкой, чтобы завтрак не остыл слишком быстро.

— Я не младенец, - напомнил де Морвиль. – И не калека.

— А я – не заботливая нянюшка, - ответила я ему в тон, - и не сиделка. Но мне будет приятно покормить вас – в этой игре есть что-то невообразимо порочное, вы не находите?

Герцог внезапно закашлялся, я заботливо похлопала его по спине и добавила:

— К тому же, не хочу, чтобы потом бедняге Эбенезеру пришлось чистить вашу одежду. А вы ведь обязательно что-нибудь да уроните на колени. Хорошо, если это будет не чашка горячего чая.

— Даже не знаю, что сказать на это, - признался де Морвиль, прокашлявшись.

— Ничего не говорите, - успокоила я его. – Просто поешьте, чтобы к приходу Гаррета быть крепким и бодрым.

Тут он, действительно, промолчал, а я внимательно наблюдала за ним, наливая чай – не обиделся ли. У меня сердце кровью обливалось, когда я видела его беспомощного и совсем беззащитного. Н не младенец, не калека, но моя помощь ему необходима. Даже если он не хочет принимать её из ложной скромности.

Гаррет должен придумать, как помочь. Хватит с Ричарда его прежней болезни, с которой он был один на один. Теперь он не один. Теперь я с ним… Вернее, мы все с ним – и я, и Эбенезер, и дядя, и леди д`Абето, и Гаррет…

Повязав герцогу салфетку, я села напротив него и принялась кормить, попутно болтая обо всём на свете. Пересказывала ему последние придворные сплетни, смеялась над вознёй воробьёв за окном, спрашивала, справляется ли Эбенезер с дюжиной камзолов, которые были куплены, чтобы занять старика работой, и не ждала ответа.