Книга Водяной. Книга 3, страница 34 – Владимир Стрельников

* * *

Я сидел, смотрел на стоящих передо мной навытяжку девчонок и думал, что мне с ними делать. Барышни выращены из захваченных европейских детишек в специальной школе, воспитаны в верности и преданности, мыслить иначе не умеют. Для них жизнь – это момент до героической гибели, причем скорой гибели. Обрабатывать шахидок – искусство древнее, вот передо мной стоит его результат. Я совершенно не уверен, что смогу сделать из этих девчонок нормальных девиц. Да, я их выкупил, формально они мои служанки. Но вот больше чем уверен, что в этих прекрасных головках есть слова-закладки; вполне вероятен случай, когда невзрачный господин шепнет этим девочкам словечко, и через сутки они сожгут мой дом, отравив всех людей в нем. М-да…

Айлин – та самая пятнадцатилетняя шатеночка, высокая по здешним меркам, худенькая, прогонистая девчонка, тростиночка. Коротко стрижена, даже ушки не проколоты, может вполне за молодого мальчишку сойти. Кажется, чуть сильнее ветер дунет – и переломится. Хотя сама из сплошных жил состоит. Родителей не помнит совершенно, но по остаткам памяти, она из греческих поселений.

Мавия чуть ниже, старше на два года, красивая блондинка, с очень неплохой фигуркой. Роскошная грива золотистых волос, коса в руку толщиной. Глазищи огромные, голубые. Польская дворянка, это точно. Пусть совсем крохой была, но это в памяти осталось.

Обе девочки очень неплохие фехтовальщицы, сабля и шпага, могут и обеими руками, разбираются в ядах, прекрасная альпийская подготовка, могут влезть в открытое окошко хоть пятого этажа. Лучницы, умеют стрелять из пистолетов и винтовок. Грамотные, знают кроме турецкого и арабского языка русский и французский.

Короче, не девочки, а универсальные машинки-убийцы. Одноразового использования, фактически. Пусть дорогое, но оружие одного удара. Да уж… восток дело тонкое.

— И что мне с вами делать? – В пустоту задал вопрос я, не надеясь на ответ. Девчонки молчат с момента их фактической продажи. Наверное, устои рухнули у них. Готовили к службе во славу султана, а продали как дорогие игрушки. Причем кому? Водяному! Даже не человеку!

— Здравствуй, маэстро. Добрый день, усто. Здравствуйте, учитель. – многоголосо поздоровались со мной мои русалочки, входя в комнату. Эффектно входя, в своем обнаженно-чешуйчатом виде. Я их так специально попросил войти, их вид разбивает мозги не только у парней. Вон, обе ассасинки недобитые глазки выпучили и дышать как забыли.

Марина, глянув на них, усмехнулась и прыжком перемахнула половину немалого зала, ныряя в бассейн уже в хвостатом состоянии. Чуть позже к ней с визгом присоединилась Хилола, а Анфиса кротко подошла ко мне и встала сзади-слева.

— Вы понимаете, что я должен был вас обеих убить? – Помолчав, спросил я.

Девушки, подумав, кивнули, не переставая косить глазом на русалочек. Анфиса горделиво качнула головой, волосы волной тяжелого шелка перекатились с плеча на плечо.

— Готовы стать подобными? – Я встал, и сделал шаг к девушкам.

Те зачарованно кивнули. Мои русалочки замерли, а я вогнал в сердца ассасинок по ледяной сосульке. И перехватил души девчонок, вгоняя тела в создаваемые капсулы. Какое-то время я молча работал, запуская программу перерождения, а закончив ее, отошел в сторону. Две капсулы лежали в нишах пола, около бассейна. Конечно, это не прямо в реке, но через эту залу проходит арык, так что условия соблюдены. Опять же, удобно, под наблюдением, не в диких землях. Сюда, в этот зал слуги не входят, даже не убираются. Мне недолго смахнуть пыль с мраморных стен и такого же пола, прошелся водным вихрем – и чистота.