Книга Василиса для ректора, страница 32 – Надежда Соколова

В ответ — хмыканье.

— Дурак ты. Хотела бы убить — сама занялась бы этим. А так… Понравился тебе подарок Лины?

Артур прошипел под нос вампирье ругательство. Если бы не защита колец, он давно показал бы нахалке, кто в семье главный.

— Так зачем?

— Чтобы ты почувствовал себя на месте травников. Сволочью быть не надо: отправляет он беззащитных детей на верную смерть.

— Ты натравила на меня нежить из-за детей крестьян? — от изумления Артур даже пропустил подушку, летевшую в него с кровати. Та несильно ударила его по лицу и свалилась на пол. — Лисия, я, конечно, понимаю, ты из другого мира. Но…

— Убью, — на этот раз вторая подушка была отбита: Артур успел взять себя в руки, — ты — сноб и надменная скотина. Они — живые существа, и пофиг на социальную лестницу! Ты детей на смерть посылал, урод!

Голос жены вдруг сорвался, из глаз потекли слезы. Она всхлипывала, не пытаясь остановиться. Артур недоуменно посмотрел на плакавшую супругу. Нет, женщины, конечно, и раньше лили слезы в его присутствии, но обычно повод был другим. Да и она, его жена, не похожа на женщину, рыдающую из-за… Разве что…

Два шага — и Артур у кровати.

— Пусти! Пусти, ирод! — вырывалась Лисия только ради приличия, он видел это, а потому еще крепче сжимал в объятиях.

Когда рыдания немного утихли, он приподнял ее голову за подбородок и впился своими губами в ее. На этот раз поцелуй вышел менее страстным, но более чувственным. Ощутив, что Лисия полностью успокоилась, Артур отстранился.

— Не аристократка, — сделал он вывод, чуть отдышавшись. — Тебе доводилось быть на месте этих крестьян? Поэтому ты приняла все так близко к сердцу?

Не раз и не два в детстве и отрочестве Вася, дочка уборщицы, беззащитная перед толпой других детей, дралась за себя: сначала за жизнь, потом — за честь. Дети могли быть очень жестокими, а подростки — и того хуже. Когда же у Васи начала расти грудь, пришлось выбирать: или носить бесформенные вещи, или учиться приемам, таким, после которых второй раз к Васе точно никто не полезет. Она выбрала второй путь и научилась себя защищать.

И теперь, в ситуации с травниками, детские страх и боль вырвались наружу слезами.

— Пусти, ирод, — сопротивляться не оставалось сил, а потому руки на талии не разжимались. А когда, успокаивая Васю, Артур поцеловал ее, слезы начали испаряться. Этот мужчина, несомненно, знал, как успокаивать истерящих женщин, и очень скоро настроение у Васи кардинально изменилось.

— Не аристократка, — услышала она, когда Артур отстранился, выравнивая дыхание. — Тебе доводилось быть на месте этих крестьян? Поэтому ты приняла все так близко к сердцу?

— Я тебя убью, — сообщила Вася, тоже пытаясь отдышаться, — самолично. И Лину просить не буду.

— Хороший ответ, — эта высокородная зараза нагло ухмыльнулась. — Я — боевой маг, милая. Но ты попробуй. Я на тебя посмотрю.

Вася попыталась пнуть его коленом куда пониже, но оказалась прижата к постели.

— У меня сейчас пара, а вот вечером мы пообщаемся, — сообщил этот гад, поцеловал ее, вяло сопротивлявшуюся, в губы и вышел из комнаты.

— Чтоб тебя анчутка прихватил, — от всей души хмуро пожелала ему вслед Вася.

Такой Артур, без маски надменного нахала, напоминал ей одного из бывших однокурсников, в которого была влюблена вся группа. Красавец с деньгами и связями, он решил покорить неприступную Васю, получил отпор и до конца четвертого курса упорно портил ей жизнь. Крови он тогда попил немало. Сейчас же кровь собралась пить Вася.