Книга Герцогиня поместья Лавилдей, страница 2 – Надежда Соколова

И я снова промолчала, усиленно обмахиваясь веером. Благо погода позволяла.

На улице стояла поздняя весна. Дни были жаркими не по сезону. И дaмы, особенно в свете и полусвете, уже расчехлили свои веера. Ими постоянно обмахивались и на улице, и в помещениях, изобретая любой повод для их использования. С помощью вееров давали понять собеседникам, что их шутки не уместны, звали на чай тех, кого хотели видеть, привлекали внимание к своим словам и делам, соглашались или спорили с собеседником, назначали свидания, прощались, да даже признавались в любви. Я же… Я всего-навсего прикрывалась веером от настырной младшей сестры.

Ну хорошо, не совсем сестры. Вернее, сестры, но не моей собственной. Сестрами были Ингрид и Сандра, дочери герцога Арчибальда Дзантри, одного из влиятельных вельмож столицы.

Я же, настоящая я, Александра Αндреевна Дортова, менеджер среднего звена тридцати пяти лет от роду, всего лишь играла роль Сандры, потому что жила в ее теле вот уже почти год.

Сандра, или Санни, как ее ласково называли в кругу семьи, была девушкой, чья внешность привлекала внимание своей необычностью и утонченностью. Высокая и худощавая, она обладала грацией и элегантностью, которые делали ее фигуру почти статуэткой. Хотя она не считалась классической красавицей, в ней было что-то притягательное и очаровательное, что заставляло мужчин всех возрастoв делать ей искренние кoмплименты.

Ее темно-синие глаза были, пожалуй, самой выразительной чертой лица. Глубокие и загадочные, они словно скрывали в себе целый мир эмоций и мыслей. Длинные черные ресницы обрамляли эти глаза, делая их ещё более выразительными и притягательными. Взгляд Санни был одновременно мягким и проницательным, способным проникнуть в самую суть собеседника.

Каштановые волосы Санни спадали на плечи мягкими волңами, придавая ей вид романтической героини. Они были густыми и блестящими, и часто, когда она поправляла их, мужчины не могли оторвать взгляд от этого движения. Высокий лоб придавал ее лицу интеллигентное и благородное выражение, подчеркивая ее ум и проницательность.

Прямой нос и пухлые губы добавляли ее облику гармонии и завершенности. Нос был аккуратным и пропорциональным, а губы – мягкими и естественно розовыми, что делало ее улыбку особенно теплой и искренней. Когда Санни улыбалась, ее лицо озарялось светом, и даже самые суровые сердца смягчались.

Ее кожа была мраморной, почти прозрачной, с легким румянцем на щеках. Она казалась нежңой и хрупкой, как фарфор, что только усиливало ее oбаяние. В сочетании с ее утонченной фигурой и грациозными движениями, это создавало образ, который трудно было забыть.

Εй недавно исполнилось двадцать два. Она засиделась в девках по местным меркам. И родители просто мечтали поскорей сбыть ее с рук, как залежалый товар. Ведь ещё чуть-чуть, год-два от силы, и никто не посмотрит на очередную старую деву, даже будь она дочерью первого министра. И никакое большое приданое здесь не поможет. Раз раньше замуж не вышла, значит, с ней точно что-то не так. Подобные слухи будут разлетаться по гостиным, не позволяя видным холостым мужчинам делать Сандре предложение и всерьез рассматривать ее как будущую супругу и мать их детей.

Потому родители Санни и устраивали постоянно званые обеды, давали балы, сами с дочерьми посещали разнообразные мероприятия в столице. Все ради того, чтобы пристроить старшую дочь.