Книга Невеста по ошибке, страница 81 – Надежда Соколова

На недовольно поджимавшего губы Генриха Ира не смотрела. Вот еще, портить себе настроение в день рождения. Это он сейчас воображает. А как есть, так первый. Ира пару недель назад делала сырники, так этот ее разлюбезный супружец чуть ли не все, что было выложено на блюде, схомячил! В одиночку! А туда же: герцогине не пристало готовить! Что ж ел тогда, спрашивается?!

Блинчики действительно удались: тонкие, с чуть золотистой корочкой, вкусные, нежные. Ире с Валери досталось по две штуки. Немного отложили свекрам и Ирвингу. Тоже по два блинчика. Остальное забрал Генрих, сообщив, что сдобу женщинам есть вредно.

— Валери, ты перед тем, как замуж выходить, удостоверься, что муж есть не любит, все экономия, — проворчала Ира, наблюдая, как плоды ее трудов, вместе со сваренным по ее рецепту вареньем, исчезают в ненасытной утробе супруга.

Генрих недовольно сверкнул глазами и решительно взял еще блинчик. Угу, как готовить, так не дозовешься. А как есть, он первый. И забывает, что на кухне сидит, а не в супружеской спальне или обеденном зале.

Мужчины…

Валери тихо хмыкнула, сидя рядом на табурете. Она стала вести себя намного раскрепощенней после тесного общения с Ирой. «Порчу я молодую аристократку», — думала Ира. И вроде старалась сдерживаться при ней, но выходило не очень. Может, потому что Генрих постоянно из себя выводил. А может, беременность сказывалась. Но Ира была уверена, что к венцу Валери пойдет не такой зажатой и перепуганной, какой Ира ее увидела первый раз во дворце Генриха.

* * *

— Ты издеваешься? — тоскливо спросил Генрих, обреченно глядя в честные глаза Луизы. — Уж лучше б ты пела.

В ответ — смешок.

— Это даже не школа.

— Это еще хуже!

— Восьмой месяц. Ты усадил меня дома.

— У нас был договор!

— И? Я его соблюла. О чем речь?

Генрих, не скрываясь, застонал.

— Ты издеваешься, — не вопрос, утверждение. — Какая типография? Какое издательство?

— Обычные. И то, и другое. У вас детской литературы кот наплакал. Учебники. Морализаторские тексты, несколько песенок. Все. А сказки, а приключения? А анекдоты? А…

— Хватит!

— Твой дядя согласился.

Стон сменился изумлением. Генрих вскинул брови:

— Ты и это успела?

— Через твоего отца. Он сразу сказал, что ты не согласишься. Вот и…

Луиза не договорила, но этого и не требовалось. Она не уговаривала, не спрашивала, как все приличные жены, разрешения. Нет. Она ставила перед фактом и объясняла. Магазина с играми ей было мало, как и школы со строившимся рядом зданием, в котором дети станут жить, при желании родителей, весь срок обучения. Теперь она собралась печатать книги для детей. С земными сюжетами, разумеется. То есть подрастающее поколение заранее готовили к неповиновению взрослым.

— Опять прибегла к своему статусу?

— Объяснила целесообразность этого действия. У вас грамотные существа встречаются только в высшем обществе. И частично — среди торговцев. Все. А надо, чтобы грамотность шла в массы. Тогда и уровень жизни повысится, и культура у народа появится.

— И дети перестанут чтить собственных родителей, подчиняться их воле.

— Ой, сомневаюсь. Не в вашем закоснелом обществе.

Зато Генрих не сомневался. Племянницу императора до сих пор не нашли, династический брак сорвался, среди аристократов уже ходили слухи об ослушании молодняка. А тут еще и эти книжки, чтоб их!