Онлайн книга «Разыскивается: белая и пушистая, с криминальными наклонностями!»
|
— Я не собираюсь весь путь ночевать в лесу! — прорычала я, чуть ли не клацая зубами. — А замуж выходить ты собиралась? — прищурился зеленый паразит. Ыыыы дихлофоса на него нет! — Ты меня скоро, этим совсем доконаешь — хмыкнула я — что я побегу к своему мужу и кинусь к нему в объятья и плевать будет, если он хромой, горбатый и одноглазый! — А если старый и сморщенный? — поддел Ас. — Тогда еще лучше, долго не проживет и я в скором времени стану вдовой с хорошим наследством — растянулась я в улыбке больше походившей на оскал. Мы уставились друг на друга, сопя как пара ежиков, собственно, у нас талант выводить друг дружку ничем не значащими фразами… почти ничем не значащими… — Так я не поняла, мы ночуем в лесу или все же добираемся до следующего населенного пункта? — поинтересовалась Таш, совсем не обратив внимание на нашу с Асом зрительную войнушку. На ее вопрос никто не ответил… Глава 42 И снова как говорится — здрасте, опять опостылевшая пыльная дорога, опять дело идет к ночи, и опять же, Ас предлагает разбивать лагерь где-то в куширях, объясняя: что там должна быть где-то полянка. Стоит ли говорить, что он иногда ошибался? — Если мы завтра опять будем ночевать под открытым небом — грозно начала Таш — то готовить буду я! — В устах Таш, это вполне весомая угроза. — Успокойтесь, завтра будем ночевать в деревне — успокоил нас Ас, спешившись с лошади. Вот я одного понять не могу: кода это мы Аса, в главные избрали? Или в этом мире жесткий патриархат? Так! Где ближайшее общество феминисток? Я хочу в него вступить! Ну а если без клоунады, то с чего это мы слушаем Аса? Нас больше! Нужно митинговать против незаконного узурпирования места главной шишки в отряде! Хм… и откуда я столько умных слов знаю? Хех сама с себя поражаюсь. Уже сидя возле костра и дождавшись, когда Ас пойдет за хворостом, я стала подуськивать Таш: — Ну чего это он командует? Между прочим, мы его с собой не звали! Давай митинг устроим? — Давай — поддержала меня подруга, вероятно не понимая, на что подписывается. Ну и мы начали митинг, когда Ас вернулся с хворостом, выкрикивая кричалки довольно похабного содержания. В итоге с нами поступили как с декабристами — повесили и всего делов. Только стой лишь разницей, что не за шею, а за ноги, и вот веся в низ головой на дереве, я прикидывала: что же делать дальше. Аскар наш протест, конечно, выслушал, но против смещения его персоны возразил свое молчаливое против тем, что поднял нас с подругой в воздух и повесил вниз головой, привязав заклинанием за ноги к толстой ветке. Желание митинговать резко пропало, особенно когда кровь прилив к голове застучала в висках. — Я же говорила что он козел! — фыркнула я подруге висящей рядом. — Я все слышал! — раздалось снизу — еще минут пятнадцать теперь висеть будете! — А я-то тут причем?! — начала отступление Таш и явно это попахивало предательством меня любимой — я же ничего не говорила! — А это, Ташенька, всегда так — ухмыльнулись с низу — подстрекатель один, а страдают все! — Но за что?! — А чтоб неповадно было! — А не боишься, что отомщу?! — заскрипела я зубами, откровенно, зверея. — Ты сначала слезь, а потом о мести поговорим. — А вдруг слезу? — А вдруг нет? Таш уже заскулила: — Может, вы спорить будете без меня? У меня уже голова кружится, и ноги так висеть онемели! |