Книга Благородная леди замуж не желает, страница 56 – Надежда Соколова

Мне надоело слушать ее ор, и я негромко позвала:

— Нейра Аливира.

Она резко замолчала, повернулась в мою сторону, расплылась в слащавой улыбке.

— Нейра Ингира, доброе утро.

— Не могу согласиться, — ответила я, демонстративно зевая. — Пожалуйста, в следующий раз говорите потише. И не трогайте мою личную служанку. — И Мари: — В мою комнату, живо.

— Но… — начала было Аливира. На ее щеках появилась краска, то ли от недовольства, то ли от смущения. Хотя вряд ли она способна испытывать смущение.

Я удостоверилась, что Мари уже в моей комнате, и прервала новую родственницу:

— Всего доброго, нейра Аливира.

После этого закрыла дверь. Мне было все равно, что подумает о моем поведении надменная родственница. Совсем скоро я съеду из этого дома, да еще и Мари заберу, если она согласится.

Я повернулась к ней и уточнила:

— В чем дело? Почему она так орала?

— Нейре не понравилось, что мы чай поздно принесли, — последовал ответ. — Замешкались на несколько минут.

И эта дура устроила показательную порку. Ну-ну. Если мозгов нет, то они уже и не появятся. Диагноз, блин.

— Набирай ванну, — приказала я.

Вот уж действительно, что ни делается, все к лучшему. Не хотела я замуж выходить, а теперь рада этому, иначе прибила бы дуру невестку при первой же ссоре.

Такие мысли крутились в моей голове, когда я мылась и одевалась к завтраку. Я не сомневалась, что Аливира и сама за столом появится, и братца моего разлюбезного вытащит. Надо же показать домочадцам, кто главный. Так что, вполне возможно, мне придется еще раз поставить на место эту зарвавшуюся идиотку.

Я надела простое, не особо яркое домашнее платье, скромное, длинное, теплое. В нем было удобно передвигаться по дому, а именно удобство я ценила превыше всего.

В нужное время я подходила к обеденному залу. Из открытых дверей уже слышались голоса. Похоже, народ вышел к столу пораньше.

— Доброе утро, — поздоровалась я, переступая порог.

Действительно, и молодые, и тетушка уже сидели за столом с наполненными тарелками. Ждали только меня. Ну, это только их проблемы. Я не опоздала ни на секунду.

Аливира, сидевшая рядом со Стивеном, блистала и сверкала, как земная новогодняя елка. Она, видимо, воспитывалась по принципу: чтобы быть красивой, надо надеть все и сразу. И сейчас на ней имелись золотые кольца, браслеты, заколки в волосах и даже колье на шее. Зачем надевать последнее для завтрака в кругу семьи, я не знала. Но, видимо, Аливира решила таким образом показать, какое сокровище досталось роду Осташенковых.

Несколько минут мы ели молча. В принципе, я не возражала бы, если бы так и закончилось. Но нет, Аливира считала иначе.

— Ах, как плохо здесь воспитаны слуги, — театральным тоном произнесла она, когда первый голод был насыщен. Тетушка покраснела, но Аливира не заметила этого и продолжила: — Непочтительные, грубые, не умеющие угодить! Вот у маменьки…

— А мы точно говорим о слугах? — иронично поинтересовалась я, прервав этот поток болтовни, и поднялась из-за стола, с радостью наблюдая, что теперь уже покраснела Аливира. — Благодарю за компанию. Пора на работу.

Повернулась и вышла из обеденного зала. Меня проводили молчанием. Оно и правильно, я сейчас пребывала не в том настроении, могло достаться кому угодно, даже тетушке.