Книга Упрямое счастье, или Воспитание маленького дракона, страница 85 – Анна Гаврилова

— Так это алмазы из Лабиринта? Но как такое возможно?!

Ещё миг, и уровень общего изумления достиг пика. Дан был искренне шокирован осведомлённостью стража, ну а тот… собственно, он — метаморф и побольше светлости о Лабиринте знает.

Оба одновременно раскрыли рты в явном намерении засыпать друг дружку вопросами, но я этот ужас пресекла.

— Давайте присядем? — предложила решительно.

Мужчины нахмурились и дружно кивнули.

— Я не распространялся насчёт алмазов, — отхлебнув давно остывший кофе, буркнул герцог Кернский. — Лично отнёс ларец в сокровищницу, а в том, что доступ к хранилищу имеется только у меня, сомнений нет.

— Значит, вы о содержимом ларца сказали, — предположил Натар.

Хозяин замка недовольно поджал губы и нахмурился, пытаясь вспомнить, и…

— Да, — после непродолжительной паузы, признал он. — Я упомянул алмазы в разговоре с Верноном. Как раз по прибытии, когда собирался отнести ларец в сокровищницу.

— И кто был рядом? — подтолкнул страж.

— Хирим, — недовольно признался Дантос. И пояснил, будто кто-то не в курсе: — Дворецкий.

Натар хмыкнул, а мне вспомнились седые волосы, по-стариковски мутный взгляд и предельно неторопливая походка. Хирим был не просто старым, а прямо-таки древним. А ещё он частенько переспрашивал, но про алмазы, глядишь ты, сразу расслышал.

Вслед за этим пришло другое, не слишком приятное воспоминание: леди Сиция и Катарина. Ведь мымрам от аристократии про розовые алмазы известно, и не значит ли это…

Так. Стоп. Тот факт, что гостьи знают, с дворецким не связан. В смысле это не делает Хирима осведомителем Итереков. Тут, как ни крути, всё банальнее. Готова спорить на деньги: дворецкий услышал, по большому секрету поделился с ближним, а дальше процесс было не удержать. Вон, даже до замкового гарнизона докатилось.

— Да, в казарму эта весть пришла через прислугу, — помедлив, сказал Натар. — Но как очень большая тайна.

— Представляю, — поморщился Дантос.

Натара тоже слегка перекосило. Потом друг детства бросил быстрый взгляд на меня и опять к светлости вернулся.

— Так как вам удалось? — понизив голос, полюбопытствовал он. — И… почему вы до сих пор живы?

Разговор ожидаемо затянулся. Не слишком вдаваясь в подробности, Дантос поведал о вынужденной поездке в Рестрич и встрече со старейшинами. Про испытание, которое Нил с Дурутом выдумали. И про рандеву с древним червём.

По мере этого рассказа глаза Натара становились всё больше. Когда же герцог Кернский добрался до подземной пещеры, мне пришлось встать и сходить за стаканом воды, ибо стражнику заметно поплохело.

Зато герцог Кернский, глядя на реакцию собеседника, наоборот, повеселел. И я невольно закатила глаза, мысленно обзывая Дантоса несносным мальчишкой.

Фраза о договоре между народом метаморфов и императорской семьёй была брошена вроде как вскользь и, подобно рассказу о черве, стала причиной глубокого шока. Натар не знал, что говорить и как реагировать. Просто сидел, сжимал в руке опустевший стакан и часто хлопал глазами.

Потом всё-таки отмер. Вновь окинул хозяина замка пристальным взглядом и, повернувшись, уставился на меня.

— Ты всегда была неугомонной, Астрид. Но чтоб настолько…

Натар не хвалил, но я подумала и приняла эти слова как комплимент. А блондинчик прищурился, словно запоминая, и улыбнулся до того хитро, что кое-кто не выдержал.