Книга Упрямое счастье, или Воспитание маленького дракона, страница 69 – Анна Гаврилова

Леди Судьба мою мольбу точно услышала. Готова спорить на собственный хвост — Дантос ни одной не предназначенной ему мысли не поймал! Едва он закончил завязывать шейный платок и поправлять камзол, в тишине спальни прозвучало:

— Всё, пойдём завтракать. — И после паузы: — Толстопопик.

Маленькая красивая я закатила глазки, но пошла. А по пути не постеснялась уточнить:

— Дорогой, а этот барон…

— Филек, — подсказал Дантос.

— Да, этот барон Филек… сколько его дочери лет?

Владыка Керна тихо рассмеялся, и эта реакция была лучшим из ответов. Всё ясно! Дочь барона Филека, что называется, в самый раз! Как и Катарина.

По правде, это было ожидаемо, но испытать лёгкий приступ бешенства не помешало. Увы, мне, но даже завтрак в составе миски овощного салата и пышного омлета с кусочками копчёной колбасы, настроения не спас.

Я ела и морщилась. Морщилась и ела! А потом, когда тарелки опустели, села и в оба глаза уставилась на Дана.

Тот, увы и ах, не спешил. Ел ме-едленно, разжёвывая и смакуя каждый кусок. И хотя такое поведение свидетельствовало о том, что на встречу герцог Кернский не рвётся, то есть баронская дочка ему не очень-то интересна, я всё равно раздражаться начала.

В итоге не выдержала, подумала выразительно:

— Ты можешь есть быстрее?

Мужчина поднял голову, подарил лёгкую улыбку и спросил «невинно»:

— Зачем?

Моё обычное «Ву-у-у» сменилось на красноречивое «Р-р-р», а хвост зажил собственной, очень активной жизнью — принялся избивать красивый наборный паркет. Но Дантос реакцию не оценил.

— Ну что ты пыхтишь? — задал один из любимейших вопросов он. А вслед за этим: — И куда так торопишься?

Конечно, тут и без слов было ясно, но я всё-таки сказала:

— Интересно мне, понимаешь?

— А мне не очень, — ответил Дан, и чешуйчатый хвост сбился с заданного ритма.

Этот ответ… он был так непередаваемо чудесен, что я потупилась. Но уже через минуту вновь вскинула морду и подумала выразительней прежнего:

— Дан, милый, ну пожалуйста. Мне правда очень хочется на барона посмотреть.

Собеседник возвёл глаза к потолку, зажевал ещё один кусок омлета и отодвинул тарелку. Затем сделал пару глотков кофе и, промокнув губы салфеткой, нехотя встал из-за стола.

Так что, да! Да, мы отправились в малую бирюзовую гостиную! Но то, что нас там поджидало, заставило немного о проявленном рвении пожалеть.

Дочь барона Филека оказалась из числа тех девушек, которых с фарфоровыми куклами сравнивают. Невысокая, но ладная, с белоснежной кожей, большими глазами, пухлыми губками и гривой пепельных локонов.

Платье гостьи было из той же кукольной оперы — тёмный шёлк благородного оттенка, рюши и тысяча контрастных оборок. И предельно пышная юбка, из-под которой, если правильно сесть, виднелись воланы подъюбника и сапоги с премиленькими пряжками.

В общем, в бирюзовой гостиной поджидала эдакая мечта! Мечта, которую сопровождал низкий лысеющий мужчина с обвисшими щеками.

— О, ваша светлость! — завидев входящего в гостиную Дана, воскликнул он.

Вскочил из кресла. Поклонился и тут же скосил взгляд на дракона.

Тот факт, что, увидев меня, барон Филек не вздрогнул, подсказывал — новость о появлении у герцога крылатой питомицы по округе уже разлетелась. Но это было не важно. Всё оказалось неважным в сравнении с тем представлением, которое ожидало дальше!