Книга Упрямое счастье, или Воспитание маленького дракона, страница 142 – Анна Гаврилова

Но мы с драконьей сущностью этой панике не поверили. Движимые не столько тревогой, сколько любопытством, ломанулись к дверям зала и, протиснув морду между платьем леди Виолетты и ногой какого-то хлыща, вновь замерли.

Картинка, которая представилась взгляду, была банальна и одновременно удивительна: зал приёмов, полукруг гостей, в который затесалась и я, а прямо по центру — Вернон, Дантос, Сиция и распластанная на полу Катарина.

Последняя, разумеется, не умерла. Она пребывала в обмороке. До этого момента мама с дочкой, видимо, общались с Дантосом и магом, и вот в процессе общения обморок и случился.

Судя по лицам присутствующих, подобного события никто не ждал. А судя по эмоциям, которые испытывали «бесчувственное тело» и графиня, акт был тщательно спланирован.

Глядя на это дело, я сперва испытала недоумение — зачем? А минутой позже смысл затеи таки приоткрылся…

Сиция всплеснула руками и обратилась уже не ко всем, а лично к Дантосу:

— Ваша светлость! Катарина, кажется, умирает!

И, доведя звучащую в голосе панику до предела, добавила:

— Сделайте же что-нибудь!

— Что? — отозвался сбросивший растерянность Дан.

Про нашатырь «перепуганная до смерти» мать не вспомнила, про воду и ослабление корсажа — тоже. Выпалила замечательное:

— Ей нужно искусственное дыхание. Срочно!

Пауза, которая после этого заявления повисла, была долгой, а тишина — гулкой. И хотя к размышлениям ситуация не располагала, не оценить наглость «любительниц живописи» я не могла.

Ну да. Да, конечно! Мужчины при виде женской дурноты часто теряются, а подтолкнуть растерянного человека к нужному действию гораздо проще. Дальше совсем легко: дыхание рот в рот — это очень… близко. После такого, да ещё в присутствии десятка благородных свидетелей, свадьба становится вопросом времени.

Вот только…

— Помнится, вы лекарские курсы заканчивали, — сказал герцог Кернский.

— Да, но подобному там не учили! — тут же нашлась Сиция.

— А я? Откуда мне знать, как искусственное дыхание делается? — парировал Дан.

Ответ графини был нелогичен, но прекрасен:

— Но вы же мужчина!

Дантос заломил бровь, а драконья сущность подсказала — остатки его веры в то, что Катарине и впрямь нужна помощь, рассыпались в пыль.

Только Сиции было плевать.

— Ваша светлость! — взвизгнула графиня истерично.

Всё. Маленький дракон не выдержал. Вынырнул из толпы, сказал тихо:

— Ву. — Сейчас я это дыхание сделаю.

И слегка вздрогнул, когда Дантос повернул голову и спросил на полном серьёзе:

— А ты умеешь?

— Ву-у-у! — Нет. Но сейчас научусь!

Сказано — сделано. Золотая девочка устремилась к бесчувственному телу. Шла медленно, но неотвратимо, и действительно намеревалась попробовать. Правда… не срослось.

— Это… что? — прошептала Сиция шокированно.

А едва сообразила, к чему дело движется, заверещала на весь Керн:

— Уберите! Уберите свою ящерицу! Из неё же дым идёт! Она же сейчас огонь выдохнет!

Умирающая Катарина среагировала тотчас. Она взвилась на ноги с такой прытью, что любой здоровый позавидует. И тут же побледнела как полотно.

Просто Сиция не лгала, из драконьих ноздрей в самом деле дым струился. Жаль только я сама этот момент проморгала. В смысле не заметила, как пламя призвала.

— Нет! — взвизгнула уже виконтесса, и я, подумав, остановилась.