Книга Счастье вдруг, или История маленького дракона, страница 87 – Анна Гаврилова

Плюнула, потому что всё это глупости, ерунда в сравнении с тем, что… что он узором занялся. Дантос, который на дух не переносит магию, всерьёз засел за книги. И пусть толку от его усилий не было, это стремление переворачивало мою душу.

Так что я садилась в кресло у окна и смотрела, как светлость работает… А светлость, кажется, видела в моём взгляде не шок, а надежду, и уходила в книги с головой. Это даже не упорство было, а какое-то остервенение, что ли.

— Мы обязательно снимем этот ошейник, – неустанно говорил он.

Я верила.

Вот только первым его открытием стал не символ, а система действия ошейника. Я ничего нового не узнала, а Дантос… в общем, он вызверился. И куда сильней, нежели я, когда услышала о планах освободить «солнышко» из тюрьмы.

Просто все заклинания конечны. Срок действия любого наведённого заклинания зависит от количества силы, в это заклинание вложенной. Кончилась сила – кончилась магия. Всё просто. Единственная возможность продлить действие заклинания – замкнуть его. Правда, замкнутые заклинания тоже конечны, главная причина – потеря энергии. Развеивается эта энергия по чуть-чуть, но всё-таки уходит. Через контур.

Способ свести потерю энергии к нулю – изолировать заклинание. Но изоляция – штука сложная и применима только в лабораторных условиях. На практике проблема потери энергии замкнутых заклинаний решается иначе – подпиткой.

В крови каждого живого существа есть магия. У кого-то больше, у кого-то меньше, но есть. Так что главное обеспечить доступ к крови, только и всего. Мой ошейник не просто так был оснащён шипами. Шипы входят в плоть, соприкасаются с мышечными тканями, при малейшем механическом воздействии выступает кровь и всё.

Металл – отличный проводник магии. Магия крови сочится по ошейнику и подпитывает основное заклинание. В итоге можно даже не надеяться на то, что сила сдерживающего заклинания иссякнет. Метаморф в ловушке.

Да, метаморф в ловушке, а у дракона отнимаются крылья, и идеальной регенерации, которая позволяет восстанавливать всё, даже кости, больше нет! И можно смело лезть в петлю, потому что… потому что шансы на уровне нуля.

Ну разве что кто-то решится распилить ошейник наживую и вынуть металл из тела. Вот только зная все обстоятельства, я могу поклясться не пятой лапой, а собственной головой, что в узор заклинания вплетена формула противодействия подобному вмешательству. Так что способ снять ошейник только один – уничтожить бесово заклинание.

Дантос о вероятности запрета на механическое воздействие не знал, но…

— Если этот урод действительно сдох, он может считать себя счастливчиком, – цедила светлость. – Потому что если он выжил…

Дальше шли рассуждения о пытках. Очень нецензурные и настолько тихие, что не обладай я драконьим слухом, ни за что бы не услышала. И ужас ситуации заключался в том, что в устах Дантоса эти слова не были бахвальством. Герцог Кернский отлично осознавал, что наделён невосприимчивостью к магии, а следовательно… в самом деле может убивать магов.

Но и это было мелочью! Здесь и сейчас поистине важным казалось лишь то, что за окном третий день идёт дождь, навевая ужасную лень. В камине танцует огонь, раскрашивая комнату бликами. Кровать большая и удобная, покрывало мягкое и приятное, а… а кое-кто украл миску с черешней и отправился работать!