Онлайн книга «Танец Огня»
|
— Ну и как все прошло? Дорс радостно оскалился и отрапортовал: — Отлично, крошка! — А подробностями поделишься? — Да с удовольствием! Послушав вольный пересказ Дорса об утренней диверсии и вдоволь нахохотавшись, я отправилась в ванную переодеваться. Правда, прежде чем снять халат и пижаму, погрозила зеркалу для профилактики кулаком и завесила оный предмет интерьера полотенцем. Просто никак не могла отделаться от чувства, что один призрачный прохиндей втихую за мной подглядывает. Будет возможность — устрою ему допрос. И если это окажется правдой, то звездец ему, полный и всеобъемлющий. Натягивая колготки, юбку и майку, я размышляла о том, как вынести из столовой побольше еды и не вызвать при этом подозрений. В этот раз воровать собиралась не только для Кузи, но и для Дорса, которому предстояло сидеть у меня минимум до ночи, потому что днем выбраться из кишащей народом общаги точно невозможно. Нет, сам водник о еде не заикнулся и, видимо, даже не надеялся на такую милость, но оставить сообщника голодным я не могла. Совесть и русский менталитет не позволяли. В общем, из ванной я вышла с твердым намерением — накормлю во что бы то ни стало, и замерла, увидев совершенно потрясающую картину. Дорс и Кузя жрали! Да-да, именно жрали, а не кушали! Дорс сидел на диване, твир прямо на чайном столике. Перед ними была расстелена бумага типа газеты, а на ней… Честно говоря, первым в глаза бросилось сало, нарезанное смачными такими, толстенными кусками. Еще там был черный хлеб, зеленый лук и приличный кусок мяса а-ля «грудинка». — Откуда? — шокировано спросила я. — Из столовки вчера упер, — даже не потрудившись прожевать, сообщил Дорс. А вот когда прожевал, добавил: — Я же знал, что я к тебе надолго. Блин! Какой предусмотрительный мужчина. — И где ты это добро прятал? — Как где? Сверток в кармане мантии лежал. — Водник оторвался от трапезы и вывернул один из карманов балахона, а я тихо прыснула. Просто карман был совсем не таким, как в моей мантии, а гораздо глубже и больше. Короче, кое-кто основательно к этой вылазке готовился. И кстати, не поэтому ли твир так жался к бедру «синего», а? От разговора нас отвлек Кузьма. Он как раз дожевал кусок черного хлеба, повел мордочкой и пропищал жалобно: — Са-а-ал! Дорс тут же подхватил белый ломтик и положил перед твиром. И сам к уничтожению бутерброда вернулся. Пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться в голос. Сейчас эти двое выглядели так, что… ну, короче, для полноты картины только телека и двух пузатых кружек пива не хватало. — Ладно, жуйте, — я махнула на парочку рукой. — А я на завтрак. — Угу, — пробормотал Дорс. — Угу, — вторя товарищу, пискнул Кузя. В этот раз сдержаться не смогла — рассмеялась. А потом одернула юбку и поспешила к двери. Тоже есть хочу, прямо помираю. С чердака я вышла, едва ли не пританцовывая. И, только заперев дверь на ключ, сообразила, что такая радость вообще-то весьма подозрительна. Я попыталась стереть с лица неуместную улыбку, но не вышло — уж слишком настроение хорошее было. Пришлось вздохнуть, зажмуриться и постараться представить что-нибудь предельно мерзкое… бесполезно. Не вспоминалось ничего отвратного, и хоть убейся. Но я сдаваться не собиралась. Все так же, стоя на узкой чердачной лестнице, с закрытыми глазами, скорчила самую кислую гримасу в искренней надежде, что детские пугалки из серии «будешь кривляться — лицо таким и останется» не врут. |