Книга Рыжий и скрипка, страница 84 – Софья Ролдугина

Наступила тишина.

— Если, если… – произнесла наконец Чёрная. – Уфу-фу-фу… Если службы будут исполнены, то я обещаю тебе это. Мы обещаем это: вы уйдёте свободно, никакого вреда… Если службы будут исполнены, – повторила она, и все трое засмеялись.

Сирил обернулся к Джеку – и осторожно кивнул:

— Тогда мы берёмся за работу. Что надо сделать?

Стоило ему только это произнести, как стены задрожали, подёрнулись маревом. Ведьмы разом поднялись – и будто бы выросли, стали ещё выше, больше. Белая, воздев руки, торжественно произнесла:

— Была у нас служанка – молодая, пригожая, да одна беда – ленивая…

— Взялась за работу, а работы не исполнила! – подхватила та, которую Джек про себя называл Красной. И добавила тоненьким голоском, зажмурившись: – Ух, сбежала!

— Двоих, двоих взамен себя послала! – взвыла Чёрная, потрясая скрюченными пальцами в воздухе.

Затем повисла недолгая пауза… И они грянули на три голоса, явно получая от происходящего немалое удовольствие:

— Так тому и быть!

…точно молния ударила посреди комнаты, прямо в стол.

С полминуты Джек, оглушённый и ослеплённый, мог только беспомощно моргать – и чихать по-лисьи, словно пытаясь вычихать резкую, озоновую свежесть с оттенком гари. Но зато хоть запах мертвечины почти пропал. Комната как будто плыла; пол колебался. Когда же ощущения более-менее вернулись в норму и получилось наконец осмотреться, стало ясно, что всё осталось прежним.

Всё, кроме некоторых деталей, совершенно незначительных.

«Ну, стоит признать, что мужская гордость немного задета, – подумал Джек оторопело, ощупывая собственную одежду. Хотелось вдобавок ещё ощупать себя и между ног, но там как раз, он подозревал, всё было в полном порядке. – Ладно, всё не так плохо. Лучше, чем совсем лишиться этой самой гордости… Да и яркие цвета я люблю».

Три ведьмы стояли плечом к плечу – и скалились так злоехидно и самодовольно, что между лопатками начинало чесаться.

Джек, впрочем, тоже кусал губы, чтобы не заржать в голос. На Сирила он старался прямо не смотреть – и подозревал, что сам выглядит ещё хуже.

«Нет, у ведьм определённо есть чувство юмора, только очень дурацкое».

— Спасибо, хозяйки, за любезный приём, – снова склонился он слегка, прижимая руку к груди и с трудом удерживаясь от того, чтоб не сделать реверанс. – Когда прикажете приступить к работе?

— Утро вечера мудренее, – отмахнулась Белая.

— Не с утра, а после завтрака, – зевнула Красная, продемонстрировав чуть больше белых, крепких зубов, чем положено человеку.

— Ночь пройдёт, а там видно будет, – подытожила Чёрная. И махнула рукой: – Ну, ступайте спать – в ту комнату, где служанка-лентяйка спала, на её перину, уфу-фу-фу!

— Хи-хи-хи!

— Хе-хе-хе!

Монолитную с виду стену рассекла трещина, параллельно ей – другая, и ещё одна – перпендикулярно… Когда треск затих, дверь, которой мгновение назад не было, широко распахнулась. За ней виднелась комната, довольно тесная с виду, но всё же достаточная для двух человек; Джек осторожно подтолкнул Сирила, так и застывшего на месте, в нужную сторону, но, уже ступая в проём, спохватился и обернулся:

— Спасибо ещё раз за гостеприимство, но, э-э, я забыл спросить, а что насчёт уборной?

Белая молча хлопнула в ладоши – и откуда-то с потолка грохнулось здоровенное ведро подозрительного цвета.