Книга Рыжий и скрипка, страница 143 – Софья Ролдугина

— Игроки? Из старого поколения или наши?

— Я не уверена, что видела их у Неблагого, – нахмурилась Анна. – Но мне, уж честно скажу, тогда было не до того… Жюли сказала, что помнит их, а в этом я ей доверяю. Она не каждого игрока, который приходит к нашим стенам, приглашает на ужин. И уж точно не каждого просит о помощи, – добавила она неожиданно. – Значит, что-то увидела в тебе… Впрочем, мы все увидели. Ступайте обратно спать, ещё слишком рано, – она наклонилась и коснулась прохладными пальцами его лба; от кольца Белой Госпожи у неё на руке веяло зимней стужей. – Не берите в голову, я тут много лишнего вам наговорила, Джек. Вы не обязаны бросаться на помощь всякому, кого увидите.

«И всё-таки ты бы хотела, чтобы я согласился», – подумал он. А вслух сказал:

— Спасибо вам, Анна. Я и правда лучше пойду, иначе буду потом себя ругать, что не отоспался в мягкой постели, пока мог. Надеюсь, впрочем, что это не последняя постель на моём пути! – добавил он бравурно и поднялся, отряхиваясь.

Анна рассмеялась.

…уже поднявшись в свою комнату, он выглянул в окно; под яблонями никого не было.

Джек не запомнил, как он заснул; зато он точно помнил, что пообещал себе проснуться не позже одиннадцати, и потом, со свежей головой и с новыми силами побеседовать с Жюли и расспросить её поподробнее о каменном лесе… Но когда открыл глаза, то сквозь ставни уже сочился яркий солнечный свет – лишённый всякой нежности, какой он становится только после полудня. Затылок ломило; глаза ворочались с трудом; тело казалось деревянным.

Словом, всё, что обычно бывает, если перепить – или переспать.

— Ну да, конечно, – пробормотал Джек. – Очень наивно с моей стороны думать, что я проснусь пораньше. Особенно после такого разговора, после которого не хочется просыпаться вообще, чтобы ничего не решать.

Как всегда в таких ситуациях, поначалу он чувствовал себя немного туповатым – и очень неловким. Долго пялился на брусок мыла, соображая, как взбить из него пену для бритья, бесконечно рылся в дорожной сумке… Вниз он спустился уже, скорее, ближе к обеду, однако у Жюли, похоже, было превосходное чувство времени: она сидела во главе стола, накрытого к завтраку, и служанка как раз заносила кувшин с чем-то, благоухающим подозрительно похоже на настоящий чай. Грейс видно не было, зато по правую руку от Жюли сидела Анна и вывязывала крючком из серебристой нити не то снежинку, не то экзотический цветок.

«Значит, второй этап переговоров», – пронеслось в голове.

— С добрым утром, – поприветствовала его Жюли с дежурной вежливой улыбкой, которую даже не пыталась выдать за что-то искреннее. Скорее, обозначала так, что готова к компромиссу и в целом не планирует кусаться. – Правильнее было бы сказать, конечно, «добрый день», но я сама поздно встала.

— Какие-то проблемы?

— К счастью, нет. Наоборот. Я всегда мечтала о двух вещах: вставать тогда, когда выспишься, и чтобы не приходилось мыть за собой чашки, – с уморительной серьёзностью ответила она. – И вот мы здесь.

— Можно поздравить?

— Вполне. И, кстати, надеюсь, у тебя по утрам хороший аппетит, потому что мы действительно постарались приготовить сюрприз, – добавила она и кивнула седой женщине-служанке.

Та плавно сняла серебряную крышку с блюда…

Секунду Джек не соотносил то, что видит, с обстановкой, но потом нос защекотало знакомым запахом, и губы сами растянулись в улыбке.