Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 68 – Шань Фэн

— Пожалуй, что трудновато, – поморщился Сунь Юнху.

Он уже приготовился рассказать, что именно вызвало трудности, но Люи его перебил.

— Фэн-сюн имеет в виду последний урок? – юноша с любопытством заглянул Фэн Сялиню в глаза.

— Угу, – кивнул тот.

— Если честно, у меня были немного противоречивые чувства, – поделился Люи. – То есть, я хочу сказать, тот бог, что меня избрал… Мне трудно поверить, что он или его народ способны на такие зверства, о которых рассказывала наставница. Ну или, по крайней мере, для такого должна быть более весомая причина, чем «неуважительное отношение к духам природы». Разве нет?

Фэн Сялинь поднял палочки так, словно поднимал указательный палец.

— Именно.

— Но тогда получается, наставница нам солгала? – вполголоса предположил Люи, не отрывая глаз от соученика.

— Я бы назвал это намеренным искажением фактов, – снова кивнул Фэн Сялинь. – Должно быть, ненависть мастера к богам настолько велика, что заставляет её саму всей душой верить в сказанное.

— Фэн-сюн так уверенно об этом говорит, – отметил Люи. – Полагаю, тебе известно, как всё было на самом деле?

— Я кое-что читал в архиве учэнского монастыря, – уклончиво ответил юноша из Удэ.

— Правда? – оживился Люи. – Расскажи!

Фэн Сялинь склонил голову набок, тщательно жуя кусок утки и, видимо, раздумывая, какой частью сведений стоит делиться, а какой нет. Наконец он кивнул сам себе.

— Как и сказала наставница, семь столетий назад принц Цинь Юй действительно пытался создать лекарство для своего больного отца. Вот только результатом этого стал опасный эликсир. Попробовав его, принц и его свита потеряли рассудок и устроили резню в нескольких деревнях. Схватили их уже по-ту-сторону-гор – в те времена проход между Внутренними и Внешними землями ещё не был настолько закрыт как сейчас.

— Ох, если всё так, как сказал шисюн, то я начинаю понимать, почему людям с-этой-стороны-гор запретили туда ходить, – вздохнул невесть откуда взявшийся Лу Шуйлинь, который вдруг оказался четвёртым за столиком Люи.

Заметив его, юноша чуть не подскочил от испуга. Когда этот соученик успел к ним подсесть?

— А мне вот тогда интересно, – продолжал тот как ни в чём не бывало, – в прежние времена боги ходили по нашей земле? Только представьте, как это могло быть удобно: можно было бы в любой момент прийти в храм и прямо попросить о том, что тебе нужно, – глаза юноши загорелись, как если бы он и правда такое представил.

— Не хочу тебя разочаровывать, но во времена, когда боги ходили по нашей земле, на ней шли кровопролитные войны, – Фэн Сялинь отставил опустевшие тарелки чуть в сторону.

— Да? – искренне удивился Лу Шуйлинь. – Но разве боги не могут по велению души создать всё что ни захотят? За что им воевать?

— Воевали не они, а за них, – неожиданно пробормотал Люи. – Вернее, за их сердца, – на этих словах он запнулся и схватился за грудь, которую вдруг сдавило словно тисками.

— Что случилось? – переполошился Сунь Юнху.

Фэн Сялинь пристально вгляделся в лицо соученика. Как интересно. Похоже, не только у него был доступ к старинным свиткам. Но разве монахи не говорили, что в целом мире не существует ни одной их копии?

— Братец Мэн, что с тобой? – Лу Шуйлинь бросил на стол веер, который весь день не выпускал из рук, и подскочил к Люи. Почти в тот же момент его подняла рука другого юноши. Вложив веер обратно в руку друга, Ян Хэ отодвинул его от остальных.