Книга Спасение души несчастного. Том 2, страница 65 – Лин Няннян

Сундук был наполнен учебниками и свитками. Ничего особенного, однако, разглядывая скарб, наследник притих. Он покопался в содержимом, вдруг повеселел и достал ненужное:

— Я возьму только это, остальное верните.

Го Бохай удивился:

— И все? Вещи в этом ящике важнее пары сменных одежд?

— Постойте, одежда мне и правда пригодится.

Из горы собранных с земли и отряхнутых нарядов У Чан вытащил один, другой и запихнул в сундук. Тут же один из слуг предостерег:

— Молодой господин, в этом сундуке все для письменности, в дороге одежда может пропитаться запахом туши или же запачкаться.

Немного поразмыслив, наследник взял еще парочку вещей, однако все под крышкой уже не помещалось. Мучаясь с закрытием сундука, У Чан удрученно плюнул:

— Хорошо, упакуем второй. Но остальное вернете на свои места.

Идиллия царила, покуда вещи не были упакованы. Когда крышки обоих сундуков захлопнулись, слуги вновь начали вздыхать, уговаривая:

— Может, господину не помешает еще несколько нарядов? Все же вдруг будет праздничный день и вы захотите прогуляться по городским владениям вблизи Туманного хребта!

— А раз так, то вам обязательно пригодится это. – Слуга протянул молодому господину вэймао с длинной белой вуалью.

У Чан покрутил его в руках и краем глаза заметил, как наставнику поднесли подобную широкополую шляпу. Го Бохай благодарно отдал опахало, которым прикрывался от знойного солнца, и надел головной убор. Тотчас темно-зеленая вуаль опустилась до самого подола одежд и заколыхалась, как морская гладь. Служанка охнула:

— Какая прекрасная мили^[30], господин! Мастер, который ее изготовил, запечатлел на вашей вуали редчайший миг едва начавшегося цветения бамбука.

От легкого дуновения ветра темный газовый покров шляпы на Го Бохае колыхнулся. Картина цветущего бамбукового леса словно на мгновение ожила, скрывая изящного господина в своей глуби.

Наблюдая со стороны, У Чан невнятно что-то промямлил слуге, однако тот не растерялся и дал остальным отмашку – все бросились собирать третий сундук вещей. Тут же слуга добавил:

— Молодой господин, позволите положить ваш вэймао?

Но, на его удивление, У Чан жадно вцепился в головной убор.

— Не стоит, я… с собой возьму.

В этот же вечер в главном зале по случаю отъезда наследника состоялся семейный ужин, который впервые посетил наставник. Слуги были настолько этим обескуражены, что прямо за спинами трапезничавших принялись дискутировать, как быстро Го Бохай найдет причину удалиться. От напряжения, царившего за столом, даже пригласивший наставника глава не сразу смог притронуться к своей еде.

Главным блюдом вечера был довольно сложный в приготовлении солоновато-сладкий суп. Привыкшие к необычайно жгучей и пряной остроте глава и наследник с недоверием поглядывали в его сторону, пока госпожа не оказала им внимание и не наполнила их тарелки своей рукой. Когда очередь дошла до наставника, госпожа У замешкалась, пытаясь скрыть мелькнувшую на безупречном лице тень неприязни. Но неожиданно услышала:

— Не утруждайте себя, госпожа, я еще это-то не доел. – На тарелке мужчины уже давно лежали овощи и мясо, которые он, казалось, совершенно не ел. Точнее, ел, но из-за наследника, который без устали тайком подкладывал Го Бохаю все лучшее, создавалось впечатление, что наставник не притронулся к еде.