Книга Спасение души несчастного. Том 2, страница 173 – Лин Няннян

— Хунь Сяо^[65].

Молодые люди слегка кивнули друг другу, и У Чан без обиняков спросил:

— Что у вас здесь произошло?

Он надеялся, что любимый сыночек столь богатой женщины, лелеемый всей семьей, не владеет искусством лжи и притворства. Так оно и оказалось. Хунь Сяо на мгновение оторопел от прямолинейности гостя, а затем нервно заозирался:

— Разве матушка вам не рассказала? Долгое время нашу семью преследуют неудачи…

— Эти неудачи как-то связаны с вашей возлюбленной?

Сребровласый гость говорил ровно и спокойно, однако от его низкого голоса и тяжелого взгляда Хунь Сяо ощутил давление, будто кто-то пригнул его голову к земле. Как бы ему ни хотелось сбежать, солгать или даже позвать на помощь, он продолжал молча стоять на месте, затравленно сминая руками расшитую ткань своих одежд.

— Твоя мать обрушила на семью проклятие своим жестокосердием: довела ни в чем не повинную девушку до гибели, верно? А ты, Хунь Сяо, как трусливая дворняга, наблюдал за тем, как унижают и изводят любящую тебя душу. Скажи, так ведь и было?

Красавец побледнел, отчего стал еще привлекательнее. У Чан уже понял, что он не из тех, кто держит удар и может выстоять в открытом противостоянии, но все равно продолжал напирать. Ему было противно видеть слащавую рожицу и осознавать, что этот человек бросил свою любимую на растерзание госпоже Хунь.

Вышедший за учеником Го Бохай стал свидетелем живописной картины: лицом к лицу стояли двое – непохожих, как луна с солнцем. Воистину императорская стать широкоплечего У Чана, стоящего с высоко поднятой головой, услаждала взор, тогда как правильные черты лица и роскошные одеяния нисколько не спасали второго юношу.

Сын свахи трусил, но У Чан не собирался давать ему спуску. Го Бохай глубоко вздохнул, когда увидел это. Необходимо было вмешаться, иначе они переругаются, а это не решит проблему.

— Ученик, подойди ко мне.

Тот повиновался и в мгновение ока оказался перед Го Бохаем. Наследник выглядел слегка виноватым.

— И вы, молодой господин, следуйте за мной. Поговорим все вместе в доме.

Они вошли в просторное светлое помещение с семейным алтарем и сели за стол. Здесь же Лун Синь уже сменила служанку с опахалом и теперь обмахивала госпожу, нагоняя на нее свежий ветерок. Женщина нежно похлопала ее по руке:

— Ну что ты, не стоит. Присядь подле А-Сяо, отдохни.

Го Бохаю же преемница свахи показалась знакомой: круглое личико, смиренный взор в пол – все это словно мелькало некогда у него перед глазами. Прямые брови наставника слегка опустились, и он стал выглядеть более сосредоточенным и напряженным. Сын свахи посчитал, что этот тяжелый взгляд предназначен матушке:

— Прошу, давайте покончим с этим.

Что уж тут греха таить, все хотели разобраться с нависшей проблемой, просто кое-кто не признавал свои ошибки. Го Бохай подозвал прислугу и попросил приготовить ужин, который необходимо было подать в его покои и покои ученика. После этого жеста все поняли, что мероприятие затянется. У Чана так и подмывало устроить этой парочке жесткий допрос и вытряхнуть из них всю правду о смерти Ань-Эр.

— Необходимо завтра пригласить также сторону почившей невесты и на месте выяснить, каким ритуалом они навредили свахе.

Молодой господин Хунь вскинулся, перебив наставника:

— Перестаньте! Родители Ань-Эр не плохие люди и не стали бы вредить нашей семье, хоть мы и виноваты.