Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 230 – Лин Няннян

После сделанного вслух предположения У Чан поспешно сказал: «Я, конечно, могу ошибаться», но из-за его спины раздался тонкий голосок:

— То верно… Когда я присутствовал на погребении дяди, в склепе клана стоял похожий смрад.

У Чан и Мэн Чао обернулись на голос и увидели зеленого, будто листва дуба, Ба Циншана. Казалось, он вот-вот испустит дух. Мэн Чао растрогал его вид:

— Наверняка так оно и есть. Я читал о подобном способе захоронения… Но нам все равно придется пройти в глубь комнаты, поэтому, господин Ба, прошу, держитесь…

В ответ тот, скривив лицо, кивнул и подошел ближе. Вязкой волной хлынул на них запах разложения, будущим богам казалось, будто они стоят среди болота, усыпанного гниющими телами. Комната была той же, что и днем: у входа стояли опустошенные кувшины из-под вина «Двухсотлетняя хризантема», на столе – та же круглая и большая курильница, только уже давно потухшая, на полу рассыпан пепел от сожженных благовоний, который ворвавшийся сквозняк разнес по углам. Но вот самой предсказательницы не было видно, как и любой другой живой души.

Ба Циншан сделал вдох, чтобы прийти в себя, но все же, не выдержав страшного смрада, согнулся в три погибели, схватился за живот и не в силах идти дальше уселся у выхода.

Мэн Чао обошел всю комнату по периметру, но никаких свидетельств присутствия предсказательницы не нашел: ни книги, что она доставала перед лицами юнош, ни именных мешочков. Он уже зашагал к выходу, как ногой задел единственный в комнате столик. Из-под него выглянул лоскут белой ткани и что-то, слабо напоминающее ступню. Сапогом он поддел край стола и откинул его в сторону, а присмотревшись, чуть не стал похож на зеленеющего у входа Ба Циншана.

Мэн Чао словно ошпаренный отпрыгнул и врезался в спину приятеля. У Чан обернулся и, не сдержавшись, издал звук, который издает кошка, когда ее рвет комком шерсти.

На полу у их ног лежал наполовину разложившийся мертвец: даже кожных покровов на нем почти не осталось – кости да мясо. К тому же в глаза бросалась странная поза – тело было неестественно сложено втрое, словно его, как лист бумаги, несколько раз свернули, чтобы полностью вместить под маленький чайный столик!

Со стороны входа послышалось страдальческое «извините!», а затем топот: Ба Циншан, увидев тело, вдруг понял, что не будет более его желудок ему подчиняться, выбежал в коридор и устремился вниз по лестнице.

От того, что он так шустро выскочил, оставив Мэн Чао и У Чана с разлагающимся телом, никому легче не стало. Даже наоборот: оба начали переживать еще и за здоровье наследного южанина, попутно думая, что им теперь делать с ужасающей находкой. Оставаться здесь им не хотелось – это было бы, наверное, самым худшим испытанием в их жизни, – но и просто уйти они не могли. Стоило точно выяснить, чье это тело.

Если это действительно была предсказательница Му Юйбао, то что с ней случилось после того, как юноши вышли из этой комнаты днем? Или вопрос надо поставить иначе: что с ней могло случиться до того, как господа будущие боги ее посетили? Днем она выглядела ничем не хуже обычной старой женщины, лишь время от времени морщилась и старалась не улыбаться во все свои плохо сохранившиеся зубы. Сомнений, что каким-то непонятным образом она во время аудиенции с молодыми господами была уже мертва, у разглядывающих останки бренного тела не оставалось. Поскольку, умри она не так давно, ее тело не сгнило бы до состояния тухлого помидора. Значит, кто-то извлек ее из гроба и временно наделил возможностью двигаться и говорить. Оттого и запах скверны был повсюду.