Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 20 – Лин Няннян

Стоя рядом с молодым господином и волчицей, что с ликованием, виляя хвостом, реагировала на все его слова, он задал вопрос:

— Ученик подготовил лошадей?

Столица Тяньцзинь окружает гору Хэншань, на которой располагается резиденция клана У. Чтобы добраться до внутренних ворот города, достаточно сойти по горным ступеням в самый вниз, однако наставник с учеником собирались на рынок. В Тяньцзине их было несколько, и все располагались в южной части города. Путь от поместья до ближайших южных ворот составлял час пешего хода или же двадцать минут езды на лошадях. Взяв их, У Чан и Го Бохай в скором времени ходили бы по рынку, однако ученик без капли сомнения в своем выборе промолвил:

— Я посчитал, что мы отправимся своим ходом…

— Что… – наставник сдержанно кашлянул в кулак.

Теперь, взвесив то, что сказал ранним утром У Чан, и то, что он говорил сейчас, Го Бохай выдохнул и понял: тот и не думал возвращаться к занятиям.

Спускаясь по каменным ступеням, они приблизились к территории, где стояли маленькие домики местных слуг и конюшня. Го Бохай с отчаянием взглянул на лошадей, что трапезничали свежим сеном, а затем посмотрел на идущего впереди юношу.

«Неужели и правда своим ходом…» – в глубине души наставник надеялся, что это всего лишь безобидная шутка ученика.

Го Бохай замедлился у конюшни в надежде, что молодой господин все-таки заметит его расстроенный вид. Наставника с горы Хэншань можно было назвать терпеливым человеком: монотонные занятия не могли вывести его из себя, как и шалости У Чана, вот только пешие прогулки все же доставляли ему неудобство. И была причина, по которой Го Бохай не мог жаловаться вслух об этом. В северных краях Поднебесной не приветствовалось и даже считалось дурным тоном показывать слабости бренного тела: ни усталость, ни даже немочь. Это берет свое начало из некоего представления людей о бессмертных мужах, восседающих на Небесах, а точнее о трех драгоценных императорах: Яшмовом, Нефритовом и Жемчужном. Были и другие бессмертные величества, вознесшиеся после этой троицы, но только они – имеющие в своих руках безграничную силу, в мыслях – нескончаемый оптимизм, а в теле – дух, неподвластный никому, – стали примером для подражания у смертных. Людям на Севере таким образом хотелось быть на шаг ближе к богам. И даже при том, что в обществе высокопоставленных господ или привилегированных чиновников такому, например, как Го Бохай, следует являть собой непоколебимый образец бессмертного, все всё же понимали – он человек, а не небожитель.

Остановившись у тропинки, У Чан взглянул на густые высокие кусты и со странной хитрецой в голосе задал вопрос:

— Учитель, скажите, хотите ли вы сократить путь? Или мы пойдем по известной всем тропе?

— Если есть возможность добраться до южных ворот рынка быстрее, этот наставник был бы невероятно рад, – не подозревая о возможных последствиях, ответил Го Бохай.

Желание наставника обойтись меньшим количеством шагов сыграло на руку воспитаннику. Более не взвешивая все за и против, он схватит Го Бохая за руку и нырнул в кусты, что росли у тропы, идущей вниз.

У Чан все время вел его за собой, отодвигая ветви на пути в сторону и приговаривая:

— Аккуратно, учитель! Тут смотрите под ноги… Ой, ветка слева!

И у того не было выбора – приходилось уворачиваться. Го Бохай и хотел бы возмутиться, но его от этого отвлекала Юэ, которая постоянно крутилась под ногами и мешала свободно шагнуть. Наконец, потеряв координацию, он оступился и уже готов был упасть, но на помощь подоспел У Чан, вовремя подставивший плечо.