Книга Аландская Звезда, страница 25 – Иван Оченков, Антон Перунов

Первым досталось флагманской «Молнии». Удачно выпущенная бомба разбила носовое орудие, снеся за борт добрую половину его расчета. Следующим под раздачу попал «Порыв», запаривший после нескольких попаданий, после чего его командир, лейтенант Коростовец 2-й, поспешил приткнуть свой корабль к берегу.

Впрочем, ответ русской артиллерии не заставил себя ждать. 68-фунтовая бомба проломила борт «Пелтера» и разорвалась в машинном отделении, разом лишив канонерку хода и угробив большую часть машинной команды. Еще одна, калибром поменьше, унесла жизни командовавшего кораблем лейтенанта Генри Раунда и всех, кто находился с ним рядом.

Идущему за ним следом «Руби» лейтенанта Генри Хейла не повезло еще больше. Очередное попадание пришлось в пороховой погреб, после чего британец взлетел на воздух, разом отбив желание у своих товарищей лезть на рожон. После чего англичане сочли за благо немного отступить, чтобы привести пострадавшие корабли в порядок и перегруппироваться.

— Что же, добыча оказалась зубастой, — нахмурился внимательно наблюдавший за боем Хоуп. — В любом случае, это ее не спасет. Русские уже потеряли добрую половину своих судов, а на остальных наверняка имеются потери. Еще одно усилие, и Рига сама скатится ему в руки, как перезревший плод с ветки. Нужно лишь немного поднажать…

Моонзунд — кто из любителей военно-морской истории в нашей стране не слышал это название? Благодаря бойкому перу Валентина Пикуля эта история стала известна многим. Мелководный пролив не позволял пройти в Рижский залив новейшим российским дредноутам, так что оборонять его пришлось безнадежно устаревшей к тому времени «Славе» и эсминцам с канонерскими лодками. А когда немцы все-таки прорвались, получивший повреждения броненосец не смог вернуться назад, и его пришлось затопить.

Нынешняя ситуация в чем-то похожа. Мои линейные корабли не могут пройти Моонзундом, и потому я вынужден обойти архипелаг с Северо-Запада. Однако если об этом маневре узнает Дандас, наша эскадра окажется в западне. Ибо у него двенадцать линкоров против моих шести. И, тем не менее, я решил рискнуть.

Решение было принято мною единолично, без всяких совещаний, на которых Мофет и другие адмиралы наверняка попытались бы меня отговорить от подобного «безрассудства». Но тем и хорошо положение великого князя, что принятые им решения мог оспорить только один человек — царь! Но его-то здесь и не было…

Сам переход прошел довольно буднично. Наша небольшая эскадра пересекла море, после чего мы разделились. Мореходные канонерки и колесные пароходы отправились мелководным проливом, а мы на парусах обошли острова Даго и Эзель^[6], пока не достигли Ирбенского пролива. На первый взгляд все шло благополучно — Дандас нас не заметил. Во всяком случае, хотелось на это надеяться.

Зато встретили Хоупа… Увы, но спасти Ригу нам не удалось. Несмотря на отчаянное сопротивление защитников, британцам все-таки удалось прорваться. Форт Комета разрушен, а порт вместе с находящимися там кораблями захвачен. Правда, в сам город противника не пустили. Спешно стянутые к столице Лифляндии со всех сторон полки 2-й Гренадерской дивизии генерала Жеркова заняли оборону и категорически не желали уступать наглым захватчикам.

Выделенных же английским адмиралом сил из морских пехотинцев и абордажных команд кораблей, общей численностью примерно в тысячу штыков, для полноценной десантной операции и сражения с русской пехотой было явно недостаточно. Поэтому он решил ограничиться уничтожением порта и захватом всего, до чего англичане смогли дотянуться.