Книга Гроза над Бомарзундом, страница 53 – Иван Оченков, Антон Перунов

Достигнув острова Рунсала, британские корабли остановились и дали первый залп. Целью их были качающиеся на волнах за линией ряжей гребные канонерские лодки. Маленькие корабли с небольшими пушками и экипажем в восемьдесят человек, большую часть которых составляли гребцы.

Дистанция, разделявшая их, составляла не менее 22 кабельтовых [1]. Стрелять на такое расстояние его пушки могли, но вот попадать… Спустя час бесполезной пальбы адмирал Пламридж, осознав и приняв всю бесполезность происходящего, постаравшись скрыть свое волнение, глухо отдал новый приказ:

— Подойти ближе!

— Но, сэр…

— Выполнять!

В сущности, пока он ничем не рисковал. Русские канонерки пытались отвечать, но ядра их 24-фунтовок не долетали до английских фрегатов. А когда станут доставать…

Это произошло гораздо раньше, чем он думал. Дистанция сократилась всего на пять кабельтовых, а московитские гостинцы стали поднимать всплески совсем рядом с его бортом. Затем одно из ядер зацепило фальшборт, осыпав нескольких матросов целым роем деревянной щепы. Тем не менее ничего страшного не произошло. Зато, когда пристрелялись британские канониры, первое же удачно пущенное ядро пробило канонерку насквозь, покалечив по пути полдюжины гребцов. Не прошло и минуты, как русский корабль осел кормой и под радостные крики врагов пошел ко дну. Казалось, еще минута и московиты отступят, но в этот момент в дело вступили батареи на острове Рунсала.

Как впоследствии оказалось, командовавший гребной флотилией капитан первого ранга Акулов приказал устроить на этом клочке суши две трехорудийные батареи. Поскольку работы производились силами экипажей, в городе о них до начала боя так и не узнали. Пока английские корабли держались на расстоянии, русские артиллеристы молчали. Снятые с устаревших канонерок пушки не отличались ни мощью, ни дальнобойностью. Но, тем не менее, их расчеты были полны решимости выполнить свой долг и, как только им представилась возможность, открыли огонь.

Для британцев это оказалось полной неожиданностью. Пусть пушки противника были не велики, но с такого расстояния даже их ядра смогли повредить корпус флагманского «Леопарда» и убить несколько человек на идущем в кильватер «Одине».

А потом наступила развязка.

— Не сметь отступать! — прохрипел Пламридж, с ненавистью глядя на проклятый островок. — Перенести огонь на…

Впрочем, британские артиллеристы и сами поняли, какая из целей представляет наибольшую опасность. Сокрушительные бортовые залпы четырех фрегатов и шедшего в арьергарде шлюпа «Драйвер» загрохотали с удвоенным рвением, перепахивая каменистую землю, на которой устроили свои позиции русские моряки. Те пытались огрызаться и даже добились еще нескольких попаданий, но не прошло и получаса, как все было кончено. Все орудия на батареях Рунсала оказались разбиты, большая часть стойко сражавшихся канониров погибла, немногие выжившие отступили вглубь острова.

Покончив с засадой, англичане продолжили обстрел канонерок и вскоре снова добились успеха. Одна из бомб угодила в маленький корабль и разорвалась, воспламенив при этом его припасы. Грохот последовавшего за этим взрыва донесся до берега, где за ходом боя с тревогой наблюдали местные жители. А когда развеялся дым, стало видно, что три уцелевшие канонерки медленно отступают, стремясь уйти из-под обстрела.