Книга Гросс, страница 130 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Я свой корабль в бою взял!

— Если бы не Зима, я бы тебе уши ободрал!

— А ты попробуй! – разозлился Колычев и, как уже было однажды, придавил своего противника через «сферу».

Судя по всему, Мур тоже не забыл о том случае и озаботился защитой. Мощный артефакт, сопоставимый по стоимости с небольшим кораблем, спрятанный под одеждой, надежно защищал своего владельца от большинства одаренных… но только не от гросса. Возникшая вокруг приватира невидимая глазу защитная сфера быстро истончилась, после чего с отчетливым треском распалась. А в воздухе запахло озоном.

— Ты что творишь?! – захрипел скрючившийся от невыносимой боли капитан «Ангары».

— Оставь его, Март, – поспешил вмешаться Зимин.

— Нельзя у нас так, – угрюмо буркнул Пантелеев, вставая рядом с Колычевым и не сводя настороженного взгляда с товарищей.

Остальные рейдеры насупленно молчали. Несмотря на то, что у большинства из них имелись вполне обоснованные претензии к Муранову, он был одним из них. И расправа над рейдером, как ни крути, являлась покушением на их независимость. Позволить подобное было никак нельзя…

— Вот что, парень, – веско заметил Демьянов, не сводя с Марта тяжелого взгляда. – Фокусы эти будешь в цирке показывать, ну или в Сенате. А у нас свои правила!

— Хотите позволить ему уйти? – криво усмехнулся Колычев и, выйдя из «сферы», демонстративно отвернулся. – Валяйте! Можете даже пойти на его условия. Вот только кто вам даст гарантию, что японцы оставят Чкалова и его команду в живых?

— Не твоя печаль чужих детей качать! – отозвался Демьян, помогая своему коллеге подняться.

— Спасибо, братцы, – с трудом восстановив дыхание, буркнул Муранов, прячась за спины остальных.

В этот момент Зимин понял, что все висит на волоске. Наемники-приватиры – люди свободные и ничем, кроме контракта, не связанные. Реши они в тот момент уйти, кто бы их остановил? Следовало взять ситуацию под контроль. Вот только как?

— Что будем решать? – требовательно посмотрел он на своих бывших товарищей. – Будем драться или попытаемся договориться?

— Нам подумать надо, ваше превосходительство, – бесстрастно отозвался Демьянов.

— Такие дела с кондачка не решаются, – поддержали его остальные и заторопились к выходу. – Пойдем, братцы!

В опустевшем зале после недавних жарких споров повисла тревожная, хрупкая тишина. Остались четверо: Зимин, его начштаба Дагаев, сам Колычев и Николай Романов.

Первым молчание нарушил, виновато посмотрев на опекуна, Март:

— Кажется, я все испортил?

— А я считаю, ты все сделал правильно! – впервые подал голос цесаревич, подойдя и встав рядом со своим командиром. – Этот Муранов явный изменник!

— С вашего позволения, – поддержал Николая начальник штаба, – я склонен согласиться с мнением его императорского высочества. Без поддержки рейдеров Чан Кайши неминуемо потерпит очередное поражение, и одному Богу известно, чем все это может закончиться.

— Боюсь, именно это сейчас и случится, Николай Павлович, – вздохнул адмирал. – Мур умеет быть убедительным, к тому же у него немало сторонников. Отлет даже части приватиров будет иметь очень тяжелые последствия…

«А для Зимина это и вовсе станет крахом карьеры», – с запоздалым раскаянием подумал Март, но выражать сожаление было поздно.

— Давайте лучше вернемся к нашему плану, – предложил он. – Как мне кажется, в японских позициях есть слабое место.