Книга Пилот, страница 100 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Нет ничего проще, — благосклонно кивнул кок, и перед Колычевым тут же появилась блестящая никелированная миска, на которой живописно расположились сваренные без скорлупы яйца «в мешочек»^[37] в обрамлении хорошенько поджаренных кусочков собственноручно набитых корабельным кулинаром свиных колбасок и салатом из свежих овощей. В придачу к ним полагался большой кусок сладкого пирога и полная кружка свежесваренного кофе.

— Приятного аппетита, — пожелал ему уже покончивший со своей порцией контрразведчик и вышел прочь, не забыв бросить прощальный взгляд на облегченно вздохнувшего доктора.

«Какое ваше собачье дело до моего аппетита», — подумал про себя Март, но поручик уже ушел.

— Какой неприятный господин! — рассерженно посмотрел ему вслед Крылов.

— Забейте, док. Он тут ненадолго… по крайней мере, я на это надеюсь. Лучше расскажите, как вы тут устроились?

— О, если не считать этого жандарма, то все просто прекрасно! Кабинет и операционная недурно оборудованы, но если не случится ничего экстраординарного, то мне так и не придется применить мои способности на практике.

— Почему вы так говорите?

— Да эти рейдеры — хронически здоровые люди!

— Нет здоровых, есть недообследованные! — назидательно возразил ему покончивший с яйцом Март.

— Вы все шутите?

— Отнюдь. Здесь абордажником служит мой крестный Игнат Вахрамеев. Помните, я вам о нем рассказывал?

— Это тот, у которого проблемы с ногой?

— Именно. И я хотел бы, чтобы вы его полечили. Если это, конечно, возможно.

— С удовольствием! И знаете что, тащите своего родственника ко мне прямо сейчас. К слову, вы, Мартемьян Андреевич, можете также принять участие. Заодно и продолжим учебу.

— А можно я сначала допью кофе?

— Конечно!

Найти Вахрамеева оказалось несложно. Он, как и следовало по боевому расписанию, находился на грузовой палубе, где под его чутким руководством несколько бойцов из команды «Бурана» занимались чисткой оружия, под бесконечный треп о бабах.

— Глянь-ка, дядя Игнат, — пихнул отставника один из них, — не иначе по твою душу явились!

На действительной военной службе за подобную фамильярность вне боевой обстановки матрос непременно огреб бы целую кучу неприятностей, но у приватиров нравы были попроще.

— Ты, Коська, поменьше языком трепи, — беззлобно огрызнулся старый абордажник, — и получше чисть. А то на словах семь девок зараз на хрене вертеть можешь, а сам шомполом так елозишь, будто знать не знаешь, куда его совать!

Ответом ему был дружный смех подчиненных, после чего бывший унтер легко поднялся и, почти не подволакивая ногу, двинулся навстречу гостям.

— Доброе утро, крестный, — тепло поприветствовал его Март. — А мы к тебе.

— Дык, понятно, что не к Коське. Он-то здоров как бугай, не то что я, грешный. Язык разве чуть укоротить, так с этим я и без доктора справлюсь.

— Игнат, простите, как вас? — вступил в разговор внимательно следивший за походкой потенциального пациента Крылов.

— Вообще-то Васильевич, — усмехнулся старый служака. — Но поскольку мы в походе, зовите меня Вахрамеем. Так быстрее.

— Новый позывной? — сообразил Колычев.

— Ага. Со старыми дырками. Говорите. Чего хотели-то?

— Игнат Васильевич, то есть господин Вахрамей, — смешался доктор. — В общем, прошу вас пройти в медблок на осмотр.