Книга Шаг в неизвестность, страница 86 – Дмитрий Белов

И все же, если предположить, что это пространственная аномалия, становилось понятно, куда исчезли те бедолаги, о которых ходили слухи. Коли так, я оказался в очень неприятной ситуации, потому что те бедолаги так и не вернулись. Пошли в эти края – и всё, нет бедолаг, пропали без вести, и даже некрологов на ПМК не упало. Получается, что и я, возможно, теперь пропавший без вести и тоже отсюда не вернусь.

Вспомнив, что я все-таки в Зоне (вряд ли «пузырь» закинул меня куда-нибудь в тайгу в Сибири), я нащупал оружие, подтянул его к себе, убедился в его целости и, перевернувшись на спину, стал визуально исследовать окрестности.

Только что я был непонятно где, бродя в тумане и цепенея от происходящего вокруг, и вот я уже совсем в другом месте. Или место то же самое, просто туман резко исчез?

Вокруг меня, в какую бы сторону я ни глянул, простирался обычный лес. Ни скрюченных стволов, ни кустарников с острыми иголками вместо листьев. Деревья как деревья. Это вселяло надежду, потому что чем ближе к сердцу Зоны, тем тяжелее называть раскинувшиеся там леса обычными. Значит (и я на это очень надеялся), я не где-то на Севере. Но чтобы зря не гадать, я достал планшет, чтобы посмотреть на карту и уже окончательно сориентироваться на местности. Однако, к моему большому сожалению, планшет был выключен и включаться совсем не желал. Сесть он не мог, сломаться, в принципе, тоже, потому что никаких губительных механических воздействий на него не было. А вот как электроника реагирует на пространственные перемещения, я понятия не имел, так что, возможно, ПМК просто еще не отошел от прохода через «пузырь».

Медленно поднявшись с земли и стряхнув с себя налипшую листву, я еще раз огляделся. Внутри поселилось чувство неправильности происходящего, и пусть не сразу, но я понял, с чем оно связано: здесь было слишком тихо. Ни скрипа деревьев, ни шелеста потревоженной ветром листвы, никаких иных звуков, хотя обычно любой лес ими переполнен. Только хруст опавших веток под моими ногами. В таком акустическом вакууме чудилось, что мое тяжелое дыхание разносится на километры.

Я, как всегда, постарался не терять оптимизма и для начала решил определиться со сторонами света. Нужно было понять, в какую сторону я точно не хочу идти. Вариантов пока что было три: лезть на самое высокое дерево и пытаться разглядеть хоть какие-то ориентиры; искать мох, муравейники и вспоминать, чему нас учили в школе на ОБЖ; танцевать с бубном и шаманскими песнями над планшетом в надежде, что он все-таки оживет.

Еще раз для успокоения совести попробовав включить планшет и не получив положительного результата, я убрал его в карман и принялся выбирать наиболее подходящее для моего восхождения дерево.

Тишина напрягала и давила на мозг. С одной стороны. С другой – в такой тишине я точно услышу, если кто-то попробует подкрасться ко мне со спины или будет шарахаться где-нибудь рядом.

Определившись с деревом, которое, по моему мнению, было наиболее высоким и удобным для подъема, я закинул за спину «калаш» и начал карабкаться по стволу. Процесс пошел споро, так как в последнее время мне довольно часто приходилось лазать по деревьям и даже спать на них. Даже на минутку детство вспомнил, потому что во времена, когда отсутствовали компьютеры и мы, будучи детьми, развлечения придумывали самостоятельно, лазать по деревьям для нас было одним из самых любимых занятий. В районе, где я проживал, даже был свой топ деревьев, которые ты обязательно должен покорить.