Книга Русич: Бей первым. Колонист. Генезис, страница 486 – Владимир Поселягин

* * *

Отдохнули мы просто восхитительно, даже чуть запоздали с возвращением, но семнадцать тысяч километров намотали, пока изучали разные страны. В Италии машина прошла полную диагностику в специализированном сервисе, покрышки сменили на новые. Обратно по прямой гнали, чтобы время наверстать. На Украине пару раз братки пытались прицепиться, переломал их, отобрал оружие, у нас в России уже бандиты в погонах и с жезлами, что почуяли власть. Свою власть. Грабили только так. Точнее вымогательством занимались. Голодные. Тут проще, платишь – едешь. Так добрались до Москвы.

Забрали Андрейку, пришлось на дачу скататься, он там был с бабушкой, два дня погостили у родственников в столице, и домой. Я приводил хозяйство в порядок, два месяца нас не было. Ким начала подготовку к школьному году. У нее теперь третьеклассники. Мне мой грузовик не нравился, постоянно что-то не так, ломается. В общем, я его продал, удалось сделать быстро, скатался в Челны и с завода взял новенький. Тоже на вездеходном шасси, с манипулятором за кабиной, бортовой. Пригнал, зарегистрировал на себя.

Четыре месяца отлично прошли, а когда снег в ноябре выпал, тот майор из убойного напомнил о себе.

Я сидел на льду Ильменя, недалеко от берега, и рыбачил в лунке. Ким на работе, увез утром, сын в садике, почему бы не вернуться и просто не порыбачить? Релаксировал. Тем более это дело я любил. А увидев гостей, что по тонкому льду шли ко мне, только вздохнул. Не узнать их было сложно. Майор и его напарник. При свидетелях они ничего делать не будут, а тут в прямой видимости человек двадцать сидит. Причем у многих бинокли, тайком за соседями приглядывают, чтобы увидеть, если рыбу одну за другой кто поднимает, значит, там косяк, нужно бежать и там рядом лунку сверлить. Так что мы будем под пристальным вниманием множества глаз, и в бинокли нас увидят все. Я сам так раньше делал, пока браслет не появился. Теперь рыбачу осторожно, не шевеля плечами, одними пальцами достаю добычу и снова опускаю снасть в лунку. А рыбу ногой в сторону и в вещмешок. Порыбачил и с полным мешком ухожу. Иначе набегут, насверлят вокруг, нормальной рыбалки не будет. Ученый уже.

— Давно не виделись, майор. Что, извиниться пришел? – спросил я.

— Не дождешься. Знаешь, Антон Верник, я собрал о тебе всю доступную информацию, тебе вышка светит.

— Да что вы? – хмыкнул я, вытаскивая незаметно очередного судачка.

— Помнишь такую Ольгу Петровну? Она о тебе и о том, что ты творил в Ташкенте, многое рассказала. Как ты, Марк, из пулемета людей расстреливал.

— И что, слова какой-то престарелой дамы в суде что-то дадут? Доказательства где?

— Доказательства будут. Сам признаешься. Но повод для ареста уже есть. Гражданин Верник, вы задержаны.

— Ух-ты, – хмыкнул я. – Какой грозный. А те три десятка бойцов на опушке, что залегли и за нами наблюдают, это труппа балерин? Или рыбнадзор? Уж извините, рыбачу без лицензии. Готов оплатить штраф.

— Не смеши, все карты у нас на руках, – доставая наручники, сказал майор.

— Я так не думаю, – и показав кольцо от гранаты, добавил: – Граната у меня под ногой, нам троим вполне хватит. Колечко вот оно, ногой чеку удерживаю. Соскользнет и привет.

Напарник присел и заглянул под ногу. После этого встал и молча кивнул майору, подтверждая сказанное мной.