Книга Русич: Бей первым. Колонист. Генезис, страница 421 – Владимир Поселягин

— Билетов нет. Попробуй договориться с проводниками, – посоветовала кассирша. – Ближайший на Москву через три часа будет.

— Спасибо.

Причем насчет инструкции не продавать билеты лицам младшего возраста даже не заикнулась. Деньги у меня есть, майор их не тронул, расплатиться было чем. Рядом со станцией трасса пролегала, тут же была деревенька. В общем, прикупив там припасов, простых самых, на месте поел и с собой взял. А когда подошел поезд, не сказать, что пустой, заплатил проводнику и поехал в его купе, заняв полку. Тут помимо меня еще двое таких же умных ехало.

В Москву мы прибыли в три часа утра. Долго ехали, хотя расстояние всего в триста семнадцать километров, на станции узнал. Часто стояли на полустанках, пропускали встречные эшелоны. Однако доехали. Уже холодало ночами, а я легко одет, так что погулял по городу, а как рынок открылся, направился туда. Моя одежда от походной жизни поистрепалась, запачкалась, да и кровью немного обляпался, несколько темных пятен от капель обнаружил. Поэтому на рынке прикупил вполне приличный костюм, туфли, кепку и легкую куртку в тон костюму. То есть смотрелся ах и ох. Также взял плащ-палатку, моя пропала у полка бомбардировщиков, когда я создание потерял, а вещь нужная. Тем более осень, холодно, дожди. На почте приобрел плотную бумагу, купить конверт было очень сложно, сам сложил его, заклеил бока клеем, получился плотный и хорошо сделанный конверт. Внутрь убрал орден и наградные корочки. Написал записку, почему отказываюсь от награды. Точнее не отказываюсь, а не принимаю ее назад. На тыльной стороне конверта написал: полковнику Иванову. Это командир авиадивизии, на истребителе которого я сбил девять самолетов. Он награждал, пусть и забирает обратно. Причины описаны в пояснительной записке.

После этого я направился в Управление ВВС РККА. Вещи спрятал в парке, заодно свой схрон в дупле проверил, тот в порядке, еще золотишка подкинул, надо будет потом его забрать. Зайдя в здание, обратился к дежурному:

— Здравствуйте. Я бы хотел передать послание полковнику Иванову. Он командир авиадивизии в Крыму. Штаб был у Севастополя.

— Минуточку.

Дежурный поднял трубку телефона и с кем-то связался, как я понял, с кадровиками. Положив трубку, он уточнил у меня:

— Степан Иванович нужен?

— Да.

— Он уже не полковник, недавно генерал-майора получил. Сейчас находится в Подмосковье. Новое назначение. Передать срочно нужно?

— Да нет.

— Хорошо, я завизирую послание. От кого писать? – спросил он, открывая книгу учета.

— От Сергея Сыроежкина.

— Да ладно? – оторвавшись от книги учета, дежурный с интересом посмотрел на меня. – Наслышан. В Севастополе что было, да и на Балтике тоже. Ты там был?

— Да, приходилось. Партизанил потихоньку.

— Ясно. Ну что ж, все записал, конверт твой передадут уже сегодня.

— Спасибо. Кстати, если карта есть, я покажу, где вчера угнанный немецкий истребитель бросил, новенький.

Показал, после этого покинув Управление, я направился обратно в парк. Заберу вещи, из схрона трофеи и отправлюсь в Ленинград. Заберу лодку – и в кругосветку, пусть тут воюют сами, без меня, хватит таскать каштаны из огня за чужих дядь, которые себе только награды приписывать умеют да чужие срывать. Тем более и так сделал столько, что не каждый стрелковый полк похвастаться может. Сразу торопиться вещи забирать я не стал, а направился на улицу, где стоял наш с Тосей дом. Еще, будучи на почте, я склеил два конверта. Один отправил Иванову с орденом внутри, а вот второй надписал почерком Юрия, прошлого своего тела. Предсмертное письмо, которое тот якобы просил передать его жене. В общем, там я написал, что прощаю Тосю за предательство. Вообще, я особо письма писать не умею, а тут расстарался. Естественно, к дому подходить я не стал, вполне могла ожидать засада, все же родство с Некрасивыми я серьезно разрекламировал, теперь даже жалею, поэтому ловил Тосю около ее работы в детском саду. Послание нужно обязательно передать лично.