Книга Русич: Бей первым. Колонист. Генезис, страница 292 – Владимир Поселягин

Вообще эти курсы на полгода, но сами машины я изучил, пока заканчивал аэроклуб, теорию знаю, сдал её, так что осталась только практика полётов, вот за две недели нужное количество часов и налетал. С этими корочками я и направился в контору «Аэрофлота», где смогу поступить на работу, только сообщил кадровику, что хочу научиться летать на двухмоторных, вроде «ПС-84», а курсы только для лётчиков «Аэрофлота» открыты, не принимают со стороны. Тот легко дал добро, оформил меня на работу, написал направление на обучение полётам на двухмоторных самолётах, и всё. Я уволился с завода, с трудом это сделал, не хотели отпускать, я действительно считался ценным специалистом, неисправность на слух определял, однако всё же вошли в положение. И вот шесть месяцев обучения, пятьдесят часов налетал на двухмоторных самолётах двух типов и, получив корочки на руки, смог оформить назначение. А машину мне дали знакомую. Не новую, прошлого года выпуска, «Дуглас» американского производства. Выпускались они по лицензиям с этого года в Союзе, и на таком я как раз и учился летать. Борт грузопассажирский, четыре сиденья для пассажиров, если маршрут попутный, остальное занимал грузовой отсек.

«Аэрофлот» купил два месяца назад четыре машины этого типа у американцев, одну принял я, три другие такие же студенты с курсов повышения квалификации. Мы вместе учлись. Да и было там всего восемь лётчиков, что учились на них летать. Я не только принял самолёт, но и слетал в первый рейс, меня поставили на рейс «Москва – Владивосток». С двумя дозаправками летаю. Точнее два борта из купленных у американцев на этом маршруте теперь. И кстати, практику по ночным полётам я ещё в аэроклубе сдал, что и было решающим, когда меня брали на работу. И вот после возвращения, узнав, что у меня только сутки на отдых, а потом опять в рейс, не будет двое суток, Тося и потащила меня в театр. Да ещё Большой.

Во Владивосток мы летаем за морепродуктами, такой был первый груз, который перевозили в ящиках. Может, в Кремль идёт груз, может, ещё куда, в рестораны, но забирают их две грузовые машины. Во Владивостоке было часов пять свободного времени, пока обратно полетим, я там прогулялся, местный рынок нашёл, контакты завёл и, купив свежей рыбки, красной, морской, полетел обратно. Рыбу жене отдал, свежая, к ней в комплекте двухлитровая банка красной игры шла. Ей полезно. Та так изумилась. Сегодня нас уха из красной рыбы ждала, и томлённая на сливках рыба в печи. Это пока пробная перевозка, получилось, буду возить личные грузы из Владивостока. Там морской порт, разное заграничное шмотье бывает, жену порадую. Сейчас же помог ей спуститься и открыл заднюю дверь подъехавшего таксомотора. Мы на такси были, мотоцикл я уже на зиму законсервировал. Всё лето на нём гонял на аэродром, хороший аппарат. Я его в конце весны купил, сказав жене, что это мне же подарок на день рождения. Вот так устроившись рядом с женой, поправив лётную утеплённую куртку, велел везти обратно.

Уже дома, поужинав и отправив супругу отдыхать, в спальне нашлось место прелестной софе, ставшей излюбленным местом отдыха у супруги, я занялся мытьём посуды, когда в дверь постучали. Ворота заперты, а стучали в сени, значит, соседи, что через огород прошли. Ограждения между нашими участками не было, в отличие от других соседей. Открыв дверь, обнаружил соседку, которая стояла, удерживая такой же живот, как и у Тоси. Это же надо было им залететь в один месяц? На этой почве они и сдружились, постоянно друг к другу в гости ходят. Пропустив ту, пробормотав приветствие, я отправился в спальню, а женщины устроились на кухне. Тося и рыбой ту угостила, тарелку с икрой выставила, а сейчас чай пили. Кстати, утром одну рыбину соседям отдали, как раз для беременной соседки.