Книга Маг, разрывающий на куски, страница 133 – Aki

Нр он держался.

Он приказывал призраку!

И призрак подчинялся ему.

Золотой свет вновь заполнил собой всё вокруг.

Он опалил каждый уголок этой огромной базы. Он проник в каждую щель, в каждую трещину, в каждую нору, где прятались твари. Он был всепроникающим и безжалостным. Он не оставлял выбора.

Энты даже не успели завизжать.

Они просто исчезли.

Миллионы тварей, заполонивших подводный город, рассыпались серым пеплом, который тут же смешался с гарью и слизью, покрывавшей пол.

Артём упал на колени.

Он не чувствовал боли. Не чувствовал ничего, кроме этой ледяной пустоты в груди, где раньше теплилась надежда.

— Лена… — прошептал он одними губами. — Леночка… где ты…

Он поднял руку.

И призвал других слуг.

Призраки.

Сотни.

Тысячи.

Они хлынули в коридоры горящей базы, просачиваясь сквозь стены, сквозь перекрытия, сквозь всё подряд. Они искали.

Искали выживших.

Искали ЕЁ.

Артём сидел на коленях посреди этого пепелища, сжимая кулаки так, что ногти до крови впивались в ладони, и ждал.

Люди, шедшие за ним, остановились у входа. Они не смели войти. Они только смотрели на него — на своего бога, сидящего в позе самого жалкого, самого несчастного человека на земле, и молчали.

Игнат шагнул вперёд.

— Господин… может, мы поможем? Может…

— НЕ НАДО!— рявкнул Артём, и от его голоса стены базы пошли трещинами. — Не надо… — повторил он тише. — Они уже ищут. Осталось только ждать…

ЖДАТЬ.

Самое страшное слово в любом языке мира.

И он ждал.

Минуту.

Десять.

Час.

Призраки возвращались один за другим. Они приносили с собой образы — выживших. Тех, кто спрятался в самых дальних углах, тех, кого не нашли твари, тех, кому повезло. Десятки. Сотни.

Но ни один из них не приносил образа Елены.

Артём чувствовал, как пустота внутри него разрастается, заполняет всё внутри, вытесняя даже боль.

А потом пришёл последний призрак.

Самый быстрый, чуткий… Призрак молодого парня, способного превращаться в облако электромагнитных полей и погибшего в первые годы после Исхода…

Он возник перед Артёмом и протянул руку, указывая куда-то вглубь базы, в самый её центр, туда, где когда-то была главная лаборатория.

И в его глазах — этих пустых, призрачных глазах — Артём увидел то, от чего его сердце пропустило удар.

Призрак застыл перед Артёмом, и в его пустых глазах горело то, чего не могло быть — надежда. Тонкая, прозрачная рука указывала вглубь горящего комплекса, туда, где пламя уже начинало стихать.

Артём поднялся с колен. Тело слушалось плохо — каждый сустав скрипел, каждая мышца вибрировала от перенапряжения. Синее сияние, пульсировавшее под его кожей, то разгоралось ярче, то угасало почти до полного исчезновения. Он был жив. Он был чудовищем… И он был отцом.

— Веди, — хрипло приказал он.

Призрак скользнул в тёмный проём, и Артём последовал за ним, оставляя за спиной тысячи людей, застывших у входа в молчаливом ожидании.

Коридоры горели.

Огонь лизал их стены, пожирал остатки изоляции, плавил металлические переборки. Воздух здесь был раскалённым, удушливым, полным токсичного дыма и той сладковатой вони, что оставляли после себя энты. Артём не чувствовал этого. Он вообще ничего не чувствовал, кроме одного — пульса, который снова начал пробиваться сквозь толщу металлических стен.

Слабый. Неровный. Почти неуловимый.