Книга Жажда бессмертия. Том 9, страница 21 – Морфиус

Уж не знаю, как это тогда удалось, но та поглощенная капля смеси стихий с бессмертного, содержащая сразу восемь концептов, позволила мне познать еще три силы, также развив и уже те, что были во мне ранее. Случилось это само собой? Или в тот промежуток умирания, который я так и не мог вспомнить, я вливал просветление в развитие? Но итог был таким.

«стихия звука» (постижение: познавший(3)) (ступень: 7\7)

«стихия пожирания» (постижение: познавший(3)) (ступень: 2\7)

«стихия пустоты» (постижение: познавший(3)) (ступень: 1\7)

Сразу три концепта находились на этапе познавшего. И звук, даже вышедший на седьмую ступень, пик того, что я вообще считал возможным, был для меня не самым странным… Пожирание… Оно и позволяло мне-духу охотиться на ангелов, пожирая их. Идеальный концепт для духовных созданий. И пустота… Самая опасная, самая чуждая, самая неприятная сила. Я натерпелся ее еще тогда, в походе. А теперь она была частью меня. Невероятно чужая. И такая притягательная. Так легко ни о чем не думать. Так легко раствориться в ничто. Иногда я думал, что было бы в целом неплохо и умереть тогда, став пустотой. И это должно было меня пугать, как и любого человека. Вот только я уже не был человеком.

«Боль» (постижение: ощутивший(2)) (ступень: 7\7)

«Стихия порядка» (постижение: ощутивший(2)) (ступень: 4\7)

«Стихия хаоса» (постижение: ощутивший(2)) (ступень: 1\7)

«Воля» (постижение: коснувшийся(1)) (ступень: 4\7)

Мое понимание боли вышло на пик ощутившего. Не удивительно, если у бессмертного она тоже была. Порядок не изменился. А вот хаос… Над ладонью правой второй руки вспыхнул язычок хаотического пламени. И только он, хаос, еще грел внутри меня тень забытых эмоций, не позволяя превратиться в бесчувственную машину. Так что эта злая, как мне казалось, сила, теперь была моим стержнем. И последняя стихия. Концепт воли. То, о чем я никогда не слышал. Всего лишь первый этап. Но этот концепт казался мне самым ценным и редким, хоть я его пока что и не ощущал. Да и аналогии с концептом «духа» были совершенно прямые.

— Подвинься… — Произнес я, сам удивляясь своему голосу. Он был похож на тот, что был у меня ранее. Но вместе с тем сейчас он был необычайно сильнее наполнен силой, властью и стихией. И песок рядом со мной раздвинулся, повинуясь… чему? Телекинезу? Стихии воли? Понимаю «слов», которым владел бессмертный? Ведь концепт слов мог просто влиться в мой звук, открыв мне новые грани? Или, скорее всего, это была лишь заемная сила, что я зачерпнул из осколка творца миров?

Последнее было истиной. Зачем себя обманывать? Осколок парагона… Он позволял влиять на реальность. Вот только каждое такое влияние сопровождалось крайне неприятными чувствами. Боль. Страх. Я боялся не самих этих чувств. Но они, кажется, были лишь предостережениями, предостережениями о чем-то нехорошем, словно я приоткрывал двери в ад. Хотя скорее это дар бездны открывал туда провал, учитывая, что им, наверное им, ибо здесь были только мои предположения, я мог черпать то нескончаемое количество грубой ци. Но все равно. Каждый раз, когда я обращался внутрь себя, хотел исполнить свое желание… Каждый раз я ощущал, что отрываю частицу себя. И это заставляло быть осторожным.

— Спасибо… — Обернулся я к Нелл, сделав несколько шагов и крепко обнимая ее. Это был странный момент. Духи не нуждаются в объятьях. У них нет привычного чувства осязания. Нет инстинктов и биохимии, что делали бы прикосновения нужными или приятными. Все определялось только эмоциями и мыслями, что мы испытывали. И мы друг для друга сейчас были самыми близкими существами, якорями, что не позволяли Нелл стать кровавым монстром, а мне бездумным, равнодушным ко всему левиафаном.