Книга Жажда бессмертия. Том 8, страница 52 – Морфиус

Звучало это все красиво. И фанатично. Так, что разум, цепляющийся за прошлое, хотел отвергнуть это как нечто бездоказательное. Но с другой стороны, если Гай достиг такого уровня сил, уверенный в своем пути, то неважно, прав он или нет. Он все равно прав. Ибо только сила дает право.

— Разве он по твоим же словам, не умер? — Уцепился я за новый кусочек информации, показавшийся мне странным.

— Мы этого не знаем. А даже если умер, смерть таких существ может быть неокончательной. Но это уже отдельный вопрос. Ты должен уяснить одно. Не полагайся только на свой разум. Ищи нечто невообразимое. И попытайся создать образ того, откуда ты будешь черпать знания и ощущения. Попробуй черпать их из всех своих стихий по очереди, попробуй черпать их из самого неба или реки душ, смотря что тебе приглянется. А теперь техники. Без умений. И без просветления. Потому что просветление может дать многое, но ты должен искать развития и в просветление и в немощи. Ведь просветление, например, убивает боль, не давая всей полноты ощущений… — На этих словах фанатик поднял руку, формируя на пальце вспышку яркой, белой энергии.

Звон разрушения! — Ответил я сплошной волной звучания, от которого воздух начал плавиться, а земля трескаться. Но Гай, окутавшись тонким, едва видимым покровом, спокойно сдержал мой натиск, закончив неспешное формирование техники на кончике пальца и отпуская ее в полет.

Доспех звука! — Звон разрушения и так должен был дестабилизировать любые чужие конструкты. Но белая вспышка словно и не заметила его, впившись в мой покров и растворившись там. А через мгновение меня скрутило болью. Ментал. Нервы окунули в чан с расплавленным металлом. Тело отказалось слушаться. Но я все же ответил.

Копье сознания! — Волна из верхнего ядра попыталась вымыть чужую силу, а потом и сформировалась в копье, попавшее прямо в цель. Но слепец просто поймал его рукой, а вместо того чтобы откинуть, словно впитал в себя…

— Тоже боль… — Словно бы пробуя на вкус мою технику, произнес он. Я и не надеялся на сильный эффект, все же копье было слабо. Но вот так вот просто влить в себя чужую силу…

— Но твоя боль ничтожна. Как и слабы стихии. — На этих словах в его левой руке появилась почти полная копия посоха, сотканная из серого свечения. А меня сразу же передернуло от вида этого.

— Разве это не умение? — Тут же спросил я, вспоминая, как вот такие вот фантомы действовали отдельно от самого Гая, и одного удара такого призрачного посоха хватило для убийства стражника на этапе ядра, а полноценные проекции в виде самого фанатика, из того, что я видел, и по воспоминаниям Нелл, обладали просто зашкаливающей силой.

— Как ни странно, нет. — Спокойно ответил тот. — Это техника. — И вот этот ответ меня поразил еще сильнее.

— На какой ступени познавшего ты находишься, чтобы так кристаллизировать силу? Или не познавшего, а проводника? — Новый вопрос. Ведь я не понимал, как можно настолько уплотнить ци, чтобы создавать своих фантомов. Вернее тут речь шла не об уплотнении, а о невероятном контроле, выходящем за всякие рамки. Может он и не познавший вовсе? Ведь раньше я видел подобное только в ударе Тени, пронзившей меня насквозь.

— Хо… Я всего лишь познавший. Но какой ступени, не скажу. Однако хватит разговоров. — Не стал отвечать фанатик. Как и не стал отвечать ранее о том, сколько у него ядер. Но хотя бы на вопрос о том, зачем ему вообще нужны слуги и рабы, если он и сам может запросто удерживать портал, я получил ответ. И оказалось, что контроль Неба за использованием людей из молодых миров был куда строже. Так что если, по словам Гая, он бы оглушал тварей, оставляя землянам только тех добивать, то буквально за считаные дни те могли лишиться благословения Неба и перестать получать награды. Страшная участь, которая могла показаться многим хуже смерти. И именно поэтому землян берегли как зеницу ока, не превращая их даже в конвейеры по убийству оглушенных тварей. Но мои мысли были прерваны молниеносной атакой посохов. Сначала реального, а затем и призрачного.