Книга Жажда бессмертия. Том 6, страница 10 – Морфиус

Его специальность была, пожалуй, самой редкой и востребованной в мире, в чьи тайны не могли проникнуть простые смертные. Только те, с кем другие готовы были поделиться, за нечто ценное. Но даже одного только богатства и связей не было достаточно. И Мохан, воспользовавшись помощью влиятельных родителей, сам достиг на этом поприще высот. Талантом, упорством. А еще чудовищным риском свихнуться и потерять рассудок. Ведь архитекторы матриц были обязаны обрабатывать чудовищный объем информации, что невозможно было вместить в разуме и десятка тысяч людей. И здесь без мощнейших имплантов, ломающих психику и раздвигающих границы сознания за всякие пределы, было не обойтись.

Перепоручить эту работу на Тронов тоже было нельзя. Ибо если дать машинам возможность программировать других машин… На такое никто и никогда не пошел бы. А те, кто пошли, уже давно лежат под пеплом термоядерных зарядов, служа примером для остальных. Их ликвидировали даже быстрее, чем те успели пикнуть. Быстрее, чем они смогли создать первые поколения новых разумных матриц. Ибо допускать на планете существование такого риска «наверху» не могли.

Вот и приходилось создавать «архитекторов», где на одного специалиста приходились сотни или тысячи бездарей, так и не способных возвыситься до настоящего мастерства, и десятки сумасшедших и умерших, невыдержавших трансформаций.

Кто-то терял рассудок, кто-то тихо умирал. Тех, кто был хоть немного вменяем, держали всеми силами, обеспечивая любые капризы, даже незаконные. На фоне некоторых Мохан был просто образцом сдержанности, предпочитая развлекаться и выпускать пар с созданных самим же мирах.

— … бедненькая… ждет моего возвращения… — Продолжала щебетать Сингика, пока Мохан спустился на лифте, входя в роскошный переговорный кабинет, обставленный в неформальной обстановке. Самые дорогие материалы, растения и рыбки из красной книги. Любые напитки, еда и даже коробочки с веществами, запрещенными во многих странах. И никакой аппаратуры, никаких камер.

Ждать пришлось недолго. И через несколько минут, когда двери кабинета распахнулись, Архитектор встал, приветствуя… гостью и тут же ее оценивая. Впрочем, как и его девочки.

— Дурында шестилапая и очкастая. — Выдала свой вердикт Ума. Но она всегда была слишком ревнивой.

— А мне нравится. Только слишком лицо хмурое. — Добавила Сарасвати.

Сам же Мохан в первую очередь оценил «ауру», и хоть его закалки были крайне низки, этот флер силы он не смог бы пропустить, сразу понимая, что перед ним не просто девушка и не просто человек, а идущий.

Следом, конечно же, он оценил ее гласы, безошибочно определив русскую модель, одну из самых дорогих. Вот только зачем они были нужны женщине, он не особо понимал. Ну и да… Шесть пальцев на руках тоже не укрылись от его взгляда, как и слегка странные черты лица и пластики. Обычный человек мог бы последнего и не заметить, но Мохан фиксировал все. Это было и его благословением и проклятьем, развившемся после синхронизации.

И вряд ли шесть пальцев являлись случайной генетической мутацией. О нет. Это в массы могли лить чушь про радиацию и микропластик, ломающий хромосомы. Он, конечно, их ломал, вот только шесть пальцев с огромной вероятностью были направленной мутацией, естественно, сделанной еще на стадии эмбриона.