Книга Жажда бессмертия. Том 3, страница 88 – Морфиус

Вот я поднимаю меч, валяющийся в паре метров. Вот я понимаю, что голова не просто травмирована. Она проломлена. Это я понял, когда мазнул пальцами по затылку, нащупывая под густой кровью неровный и ломанный провал в черепе. Именно там сейчас кипела сила сразу трех жемчужин, пытаясь регенерировать повреждения. Выживу ли я? Выживу! Осталось только убить врагов.

Неровная походка донесла меня до комка, в который сплелись противники, превращаясь в сияющее и мельтешащее нечто. Сверху раскинул крылья и бился, непрестанно мотая головой, огромный летающий монстр, сияющий потоками ци, что вызывали, казалось, ураганные потоки ветра. А снизу, оплетая его сразу двумя неестественно длинными и гибкими конечностями находилось кровавое пятно. И дух проигрывала… Осталось лишь убить обоих.

Покров!

Лезвие звука!

Несмотря на боль и темноту я смог активировать техники. Покров и атакующие умения друг другу не мешали. Почти. И только когда меч уже был занесен, сознание вдруг немного прояснилось, задумываясь над вопросом, а что вообще произошло. Меня ранили? Да! Кто? Нелл? Далее все путалось в тумане, из которого я смог лишь вспомнить резкий крик, расплывающийся в памяти. Какой крик?

«Сверху! Остор…»

Все вдруг встало на свои места, отрезвляя меня и давая понять, что просветление не всегда дает всезнание и всепонимание. Иногда оно выводит на первый план инстинкты и те мысли, которые являются доминирующими. И не вспомни я об этом крике, возможно, обрушил бы меч на Нелл. Но сейчас.

Клинок звука! - обрушил я лезвие сверху на тварь, пытаясь не задеть кровавые щупальца. И клинок увяз в странного вида покрове, который размазывался, состоя, казалось, из мощного воздушного потока. Через миг птица резко дернула шею в мою сторону, разевая гигантский клюв, но все же не доставая им до моего тела. Зато меня смело воздушной волной, откинув на метр. Все же я был слаб. И даже под просветлением мысли ворочались как во сне, что и неудивительно с проломленной головой и перемешанными мозгами. Я вообще выживу?

Удар! — Но тут же я ринулся обратно, увидев, как тварь начинает побеждать, как ее толстые ноги утопают в кровавом мареве духа, а голова беспрестанно бьет. И лезвие вновь утопло в покрове, начиная разрушать его, на что меня снова ударило волной воздуха. Но теперь я был готов и остался на месте.

Удар! — Рубанул я, стараясь пройти насквозь покров, но снова потерпел неудачу и тогда перехватил меч обратным хватом, вонзая острие сверху в массивную спину птицы и наваливаясь всем весом.

Через секунду меня уже ударило крылом, затем снова воздушной волной. Но в этот момент бушующие потоки воздуха, наконец, промялись, пропуская клинок дальше, в перья, кости и плоть, что для техники были не крепче мягкого масла. Порывы воздуха вспыхнули последним потоком агонии и иссякли, когда сталь рассекла половину туши, словно ножницы лист бумаги. Наружу хлынули внутренности, а бьющаяся в мелкой судороге голова и оставшееся крыло тут же оказались погребены под кровавой фигурой, что резко оказалась сверху, словно обволакивая врага.

Я же лишь облегченно отшатнулся, понимая, что все закончено. Закончено? Сколько раз я это себе уже говорил сегодня? И после черепахи, и после боя с Нелл? Но вот досада. Новый враг меня чуть не прикончил, проломив череп. И я, такой крутой, со всеми техниками, активным покровом и дронами, оказался не лучше утки, которую сапсан убивает или оглушает одним ударом, сверзившись с высоты на огромной скорости.