Книга Жажда бессмертия. Том 1, страница 94 – Морфиус

— Отлично. Осталось научиться им пользоваться. — Заметил я. — И буду благодарен за новый сеанс. — Девушка тут же положила свою ладонь мне на куртку в районе груди, передавая колкое тепло энергии.

— Я все. Спать. — Через минуту лечение закончилось, и она поглубже закуталась в куртку, прислоняясь плечом ко мне. Момент можно было даже назвать романтичным. Но никакого продолжения, как в книжках, не планировалось от слова совсем.

Я же, понимая, что сон не идет, погрузился в размышления. О развитии, которое неизвестно к чему вело. Ведь не могло все ограничиваться лишь открытием звезд. Дальше должны были открываться новые горизонты, новые этапы. Но пока что трактат не давал даже намеков на это. Боль чуть утихла, оставляя скорее ощущение, как после тренировки. И я аккуратно поднялся, не потревожив спящую Алису и приближаясь к костру.

Бактияр спал, а вот Антон был бодрячком, даже делал разминку, выжрав пакетик какого-то стимулятора, после которого, по его же словам, можно было не спать три дня. Хотя в армейке я про такие даже не слышал. Обычным бойцам их не полагалось. Как, впрочем, и экзоброни, и квантового передатчика, и еще множества вещей. Костер уже лишь тлел, но ночи здесь были теплыми. Я вообще разницы в температуре не ощутил.

— О чем думаешь? — Спросил я, глядя на лейтенанта, что менее чем за сутки преобразился. Теперь это был иной человек. Не тот, что появился у портала.

— Обо всей этой чертовой войне Нижнего и Высшего мира. — Проскрипел он. И я его понял, ведь Аттон можно было перевести как высшая вселенная, а Неттон, из которого и вышло Небо, нет, не как низший мир, а скорее как основание, или ответвление, или отринутый мир. Сложно было перевести эти слова. Но вот ирония, вполне могло оказаться и так, что это мы и окажемся Злом. Или тем, кто ему служит. Хотя воспоминания о видениях из трактата заставляли верить, что это именно Небо и давно умерший Парагон были воплощение всего светлого и справедливого.

— О том, что мы лишь пешки, которым предстоит вечно сражаться. И даже если бессмертие достижимо, рано или поздно даже таких бессмертных могут убить другие.

— Ты слишком сильно загоняешься. А что насчет трансформы прочности? Чувствуешь результат? — Спроси я, интересуясь ресурсом, который сам пока не использовал.

— Пока не особо. В нее нужно было тоже вливать капли силы. А так результат если и есть, то я не могу его четко ощутить. Да и в этом интерфейсе ничего не поменялось. — Сплюнул он, подтверждая мою уверенность, что с закалками пока стоит подождать. Долго, больно, муторно, а результата я пока не увидел. Намного сильнее меня заинтересовало улучшение техник.

— Буду улучшать покров. — Уведомил я собеседника уже по традиции. Нужно же остальным узнать, отчего я вдруг взорвусь в кровавую кашицу. С прошлого раза у меня оставалось десять капель и шесть осколков, но я обменялся ими с казахом, у которого, наоборот, был дефицит капель после улучшения познания. И сейчас у меня было поровну, по восемь артефактов.

Потоки энергии впились в тело, и я вновь нырнул в блаженное состояние просветления, силой воли заставляя себя остановиться лишь на одном осколке. А еще два я отправил прямиком в технику покрова, начиная ощущать, как она расцветает новыми ощущениями. Это было странно. Я не получал новых знаний извне, как можно было бы предположить, но вместе с тем я получил возможность до них додуматься самостоятельно. Это был крайне непривычный подход в обучении, невозможный без магии. Все равно как заставить студентов с нуля изобретать язык программирования.