Книга Жажда бессмертия. Том 12, страница 82 – Морфиус

— Ну… Ублюдки и выкормыши червей. Где вы? Покажитесь! — Проорал глава уже мертвого клана. Впервые за многие тысячи лет позволяя себе так поднять голос. Мир затрещал. И тут же впитал излишки силы. Небо не дало ему распасться, направляя все, что было способно уничтожить мир, на его же защиту. Превращая любое оружие в щит.

Хлопок. И черные крылья раскрылись, ощерившись стальными перьями, поглощающими свет. Лорм небесный показался первым. Вслед за ним, неуловимо, отточенный движением скользя по грани бушующей сейчас бездны и сферы, рассекая границу мечом, вышел Тардор Смертный. Седой, жилистый, покрытый кровью. Старик что брезговал титулом вечного, используя другой термин. Смертный. Насмешка над адептами шестого этапа, что иногда звучала из уст бессмертных. И символ восхождения тех, кто связал свой путь с концептом смерти. Последним, как самый трусливый, выполз Анаватодуар, перебирая всеми своими шестнадцатью лапами.

— Ого. Как вы резво исполняете мои команды! — Рассмеялся Теонар, заставляя свой исток звука наполниться веселым безумием. А огонь проложить дорогу, к плану стихии, зачерпнув как можно больше.

— Что… сказал… бессмертный? — Прошипел тот, кого называли «мудрецом», нетерпеливо перебирая лапами.

— Спроси у него сам. А теперь… Смерть! — Великое слово упало на мир, знаменуя начало великой битвы. Битвы, что могла продлиться долгие дни, ибо если спросить у любого сведущего, сколько могут сражаться великие архонты, перешагнувшие все пределы даров кузнеца, то ответ будет прост. Почти вечность! Ибо в их сердцах сокрыты проходы к бесконечной силе. А их тела, тысячелетиями проводя это могущество сквозь себя, стали прочнее любого энергопроводящего контура.

Вот только сейчас все было иначе. Ведь ни один из четверки архонтов не собирался сдерживаться, используя абсолютно все ресурсы. Великие артефакты вспыхивали, обращались в пыль, исчезали. Некоторые из них проявляли в мир и волю, немного, лишь столько, сколько некогда бессмертные вложили в эти, для них игрушки, ради интереса или по нужде отдавая младшим.

Большинство же высвобождали дух, накапливаемый тысячелетиями, что теперь сплетался в причудливые контуры внутри свернутых пространств. Запечатанные артефактные схемы пробуждались, проводили энергию по миллионам каналов и узлов. Сплетали ее в конструкты. Те сами высвобождались в реальность, скользили по граням миров, схлопывались, когда находили врагов, обращая в ничто само пространство, время и материю. Им в ответ ревели и били защитные руны, выставляющие барьеры, совершающие направленные импульсы выбросов сингулярностей. Тут и там реальность сворачивалась в точки, обращаясь в плотную пустоту и черноту. Страшное оружие, смертельное даже для вечных. Покупаемое из далеких миров, у великого клана пустоты. Каждый из четырех сражающихся имел несколько таких артефактов на случай последней битвы.

Демонические ядра открылись, изливая в артефакты миллионы душ. Сжигая все те запасы, что каждый из вечных бережно собирал за тысячи циклов, устраивая жатвы в подвластных себе империях. Смертные часто даже не знали, не помнили, что войны, захлёстывающие сотни локусов, не случайность, не прихоть местных императоров. А лишь необходимость, продиктованная великими кланами, стоящими над империями.