Книга Демон-Экзорцист IV, страница 10 – Виктор Молотов

— Я победила! — задорно воскликнула она, когда её фигурка оказалась на финише.

Я улыбнулся, глядя на эту умиротворяющую картину. Так и выглядит спокойная жизнь. Это то, чего я искренне хочу для всей своей семьи.

— О, Саша, ты вернулся? — заметила меня Лиза.

Девушки были так увлечены игрой, что не сразу заметили моё присутствие.

— Да, — озвучил я очевидное.

— Ты опоздал на ужин. Но Полина обещала оставить тебе самый сочный кусок мяса!

— Ещё бы! — усмехнулся я.

Не хотел показывать сёстрам своё настроение — им лишние волнения ни к чему.

Я направился в сторону кухни, но тут раздался звонок… Причём не тот, что стоит на воротах, он звучит иначе.

Дверной звонок.

А значит, гость каким-то образом прошёл через закрытые ворота.

— Идите в свои комнаты, — велел я сёстрам.

Мой голос звучал серьёзно, а потому они лишь кивнули и не стали задавать лишних вопросов. Оставили развёрнутую игру на столе и поднялись по лестнице.

А я пошёл открывать дверь.

Открыв её, я увидел на пороге Тимура Алексеевича с поникшей головой. В руке он держал портфель, из которого капала кровь.

— Проходите, — пригласил я Тимура Алексеевича.

Он кивнул и вошёл в дом, прижимая к себе мокрый рюкзак. За дверью лил проливной дождь. Прошло всего минут пятнадцать, как я вернулся домой, а погода уже настолько успела испортиться… как и обстоятельства.

Закрыв дверь, я повернулся к гостю:

— Тимур Алексеевич, пойдёмте за мной.

Архонт выглядел встревоженным и мрачным. Таким я его никогда не видел. Обычно он создавал впечатление сильного и уверенного человека, но сегодня всё было иначе — он выглядел разбитым, и несложно было догадаться почему. Рюкзак был весь в крови.

— Вот здесь, — указал я, когда мы подошли к кладовке. — Вы уверены, что хотите её увидеть? — спросил я, понимая, что от вида мёртвой девочки ему будет только больнее.

— Уверен, — ответил он, и руки, держащие рюкзак, задрожали.

Я открыл дверь. Сперва показалось, что чулан пуст. Кроме горы хлама, вёдер и тряпок, там ничего не было.

— Где… где она? — пробормотал Тимур Алексеевич.

— Она здесь. Попросите её показаться.

Тимур Алексеевич опустился на колени. Долгую минуту он вглядывался в пустоту, прежде чем произнести:

— Ульяна, это я, дедушка. Пожалуйста, я очень хочу тебя увидеть.

Сперва это не подействовало. Тогда Архонт продолжил:

— Пожалуйста, я хочу последний раз посмотреть на свою любимую внучку. На ту, кто была так дорога мне все эти годы. На ту, кого я так и не смог сберечь, — его голос дрогнул. — Святые, прости меня за это… Прости.

По щекам Архонта потекли слёзы. Он был искренним в своих сожалениях. Судя по этой речи, он испытывал немалую вину за произошедшее с Ульяной. И наверняка считал, что сам недосмотрел, и именно поэтому всё привело к печальным последствиям.

Нужно было усилить охрану, сдать сына в психбольницу, сделать хоть что-нибудь, но предотвратить печальную трагедию, когда отец убивает собственную дочь. Причём даже не понимая, зачем… Она могла сказать что-то резкое, могла сделать то, что ему не нравилось: начать шуметь, отвлекать от дел — всё, что делают дети, и что так раздражает взрослых.

— Ульяна, — тихо повторил Тимур Алексеевич.

В кладовке показалось едва заметное свечение. Оно становилось ярче и ярче, пока не появился силуэт девочки, прижимающей к себе плюшевого медведя. Она встала на ноги и стеклянными глазами посмотрела на своего деда. Затем подошла и протянула руку. Коснулась его груди, а он попытался прижать маленькую ладонь к себе, но не смог.