Книга Демон-Экзорцист, страница 113 – Виктор Молотов

— Если бы сотрудничал, это бы отметили в ауре, — со вздохом разочарования сказал Легион.

Это были те сведения, которые он не хотел разглашать. Но, видимо, полагал, что если не сделает этого, то я наделаю глупостей. Он ещё плохо меня знал, а мне оно и на руку.

— Значит, любое взаимодействие с демонами отмечается в ауре человека, — сделал я вывод.

— Да, — хмыкнул Легион.

— Алиса рассказывала мне о вас, Александр, — ледяным тоном сказал Роман Викторович.

Все вокруг видели опасного некроманта, способного приносить смерть, а я видел совсем иное… и не удержался от улыбки.

— Надеюсь, рассказывала только хорошее? — уточнил я.

— Да. Что удивительно. Я знаю свою дочь.

— Она никогда не врёт, — добавил я.

Однако недоговаривать научилась очень хорошо.

— Вижу, что и вы её хорошо знаете, — безэмоционально ответил граф.

— Конечно, ваша светлость. Мы пять лет учились вместе, этого времени сполна хватило, чтобы узнать друг друга.

За всё время, что граф стоял предо мной, его лицо не выразило ни единой эмоции. Точно это был ледяной король, а не обычный человек.

— Алиса, ты уверена в своём выборе? У этого человека за душой нет ничего, кроме долгов, — спросил у дочери граф, совершенно меня не стесняясь.

— Разве финансовое положение для нас проблема? — равнодушно спросила девушка.

И, судя по всему, я правда ей нравился. Иначе бы у неё не вышло всё это провернуть. Она бы не смогла представить отцу человека, к которому не испытывала симпатии. Мне даже начало казаться, что принцип «не врать» Алиса не сама придумала… Кто знает, может, это последствия какого-то проклятья.

— Не проблема. Я лишь не могу понять, что ты в нём нашла, — граф посмотрел в глаза своей дочери.

— Я чувствую, что он станет величайшим магом. Ощущала это с тех пор, как увидела его в первый раз, — тихо ответила Алиса.

Граф прошёлся по мне взглядом с головы до ног и, судя по отсутствию реакции, ничего особенного не обнаружил. Но у него был заключён договор с любимой дочерью, который он не собирался нарушать.

— Хорошо. Пусть так, — вынес он окончательное решение.

Алиса выдохнула с облегчением, а граф развернулся, собираясь уходить.

— Ваша светлость, не могли бы вы уделить мне пару минут наедине? — попросил я.

И впервые увидел эмоцию на лице Романа Викторовича. Это было презрение. Как я — жалкая букашка под его ногами — смею обращаться к нему с просьбой? Это было забавно, учитывая всю подноготную о нас обоих.

— У меня нет секретов от дочери. Говорите здесь, — ответил граф Аничков.

Он ни разу не обратился ко мне по титулу, что нарушало этикет и напрямую показывало его отношение ко мне. В разговорах между собой аристократы могли пренебречь нормами приличия, но не на светских приёмах, где мы и находились.

Алиса же с недоумением смотрела на меня, силясь понять: что же я задумал. Но прямо спрашивать при отце не решилась.

— Вы уверены, что хотите утомлять Алису разговорами о старых договорах? — с улыбкой спросил я.

Лицо графа осталось каменным, но его внутреннее спокойствие я смог пошатнуть.

— Хорошо. Пройдёмте за мной, — велел Роман Викторович.

Граф подошёл к одному из слуг и велел выделить нам комнату для переговоров. Мужчина в ливрее поспешил проводить нас в один из кабинетов, располагавшихся на первом этаже.