Книга Демон-Экзорцист V, страница 90 – Виктор Молотов

Он настолько обрадовался, что мгновенно забыл о своих прежних мысленных метаниях. Трижды перечитал документ, и с каждым разом улыбка на его лице становилась всё шире и шире.

— Отец, — обратился я к нему.

— Да-да? — закивал он. — Планируешь устроить торжественное мероприятие? Думаю, можно снять банкетный зал…

— Нет, — спокойно покачал я головой. — Насколько я помню из свода законов, бароны не могут объявить войну князю.

Услышав эти слова, отец резко побледнел.

— Скажи мне, — продолжил я, пристально глядя ему в глаза, — что нужно сделать, чтобы войну смог объявить граф?

— Сын, ты меня, конечно, прости за грубость… но ты совсем из ума выжил? — с недоумением спросил отец, на что я лишь улыбнулся.

— Нет, я ещё не свихнулся окончательно.

— Какому такому князю ты решил развязать войну? — отец явно начинал нервничать.

— Широкову, — честно признался я.

Не было смысла скрывать очевидное. Князь хочет избавиться от меня, я же намерен избавиться от него раньше. И родные должны быть в курсе происходящего, чтобы не попасть под огонь вражды.

— Мне есть смысл спрашивать, что вы не поделили? — строгим тоном уточнил отец.

В отличие от наших прошлых разговоров, сейчас отец обозначил, что хочет знать ответ. Это легко угадывалось в голосе.

— Скажу коротко: он не успокоится, пока не добьётся моей смерти.

— Ладно, — хмыкнул отец. — Для объявления войны между родами нужны весомые причины. В противном случае нападавшую сторону, даже в случае победы, будет ждать жестокое наказание. Каким оно будет, всегда решает сам император.

— Будет то же, что случилось с Дмитрием Аничковым, — кивнул я.

— Именно. Очень сложно найти повод, когда в противостоянии участвуют близкие родственники. К тому же у Аничковых полно влияния. Думаю, они были уверены в своей безопасности. У нас такой роскоши нет и не предвидится.

— Именно это они мне и говорили, — подтвердил я.

— Насколько весом повод, тоже решает император. Если речь идёт о его верном союзнике, он вовсе может признать повод незначительным, и тогда в любом случае пострадает тот, кто решился развязать войну.

— Покушение таким поводом является? — уточнил я.

— Да, но нужны доказательства. На словах никто не поверит. Да и не каждый свидетель подойдёт.

— Доказательства есть.

Я кратко пересказал отцу историю, произошедшую на балу у Трубецкого, когда князь Широков нанял экзорциста в ранге магистра, чтобы тот разделался со мной на дуэли. Его признание слышали все присутствующие, и они смогут подтвердить мои слова. Столько людей подкупить невозможно, к тому же некоторые из них и вовсе были со мной в хороших отношениях. Как минимум граф Костомиров точно поддержит меня.

— В таком случае у тебя есть повод, и очень серьёзный, — признал отец. — Но ты не думал, что Широков сделал это намеренно? Возможно, он хотел войны, но не хотел сам выглядеть агрессором.

Я задумался.

— Вполне возможно. Особенно учитывая разницу в наших титулах.

— Именно. Если он нападёт на новоиспечённого графа, это вызовет осуждение общественности, — пояснил отец. — Как правило, подобные конфликты случаются между равными по статусу. К тому же согласно законам Российской Империи, для объявления войны нужно заранее предупредить оппонента как минимум за три дня. Правда, — он криво усмехнулся, — этого практически никто не делает. Либо предупреждают так, чтобы послание не дошло адресату. Хотя сейчас, в век технологий, это не так-то просто провернуть.